– Проклятие, я очень надеюсь, что так и будет. – Эрик вздохнул. – После того, что они показали в Кингпассе, их помощь нам совсем не помешает.
Кейлен покачал головой, стараясь окончательно успокоиться. Именно к этому он готовился. И теперь время пришло.
– Ладно. Данн, Вейрил, Тармон, Эрик. Нам нужно идти. – Затем Кейлен повернулся к Элле.
Фейнир подошел к ней, и его плечо коснулось ее плеча. Кейлен все еще не мог поверить, что Фейнир стал таким огромным, и он не сомневался: такое не могло быть естественным.
– Мы будем сражаться вместе с тобой. – В глазах Эллы снова загорелся янтарь, превратившийся в расплавленное золото.
Получалось, что не только Кейлен изменился за время, которое прошло после того, как они покинули Прогалину. Он решил, что попросит Эллу рассказать обо всем, но сейчас, когда он смотрел на нее, Кейлен увидел, каким жестким стал ее взгляд.
– Мы пойдем вместе с Эллой, – сказал крупный мужчина у нее за спиной. У него были темные как ночь волосы, и он немного напомнил Кейлену Рэтта. Мужчина протянул ему руку, и Кейлен сжал его предплечье. – Таннер Фьорн, – назвался мужчина, коротко кивнул и указал на стоявшую рядом женщину. – А это Яана.
– Кейлен Брайер. – Кейлен посмотрел на мужчину. – А вы не дядя Рэтта, Таннер? Он рассказывал о вас.
– Да, это я. Да обнимет его Герайя.
Сердце Кейлена провалилось в желудок, он посмотрел на Эллу.
Янтарь в ее глазах потускнел, и они снова стали голубыми. Фейнир заскулил.
– На дороге в Гизу. Солдаты Империи.
– Элла… я…
– У нас еще будет время поговорить.
Таннер положил руку на плечо Эллы, а Яана накрыла ее своей ладонью.
Кейлену хотелось обнять Эллу, но по выражению ее глаз он понял, что сейчас она в этом не нуждалась, а потому просто кивнул и повернулся к Чоре:
– Мы наденем доспехи и встретимся в Митнириле.
Прежде чем Чора ответила, глаза Валериса уловили какое-то движение возле деревьев в центре двора, и Кейлен повернулся в ту сторону.
– Что там происходит? – спросил он.
– Ракина из Драконьей гвардии – или «юстициары Империи», как они называют себя теперь. – Чора произнесла эти слова так, словно они были полны яда. – Они пришли вместе с твоей сестрой. Тасия и Азиус надели на них кандалы с рунами, чтобы лишить возможности использовать Искру, пока мы сражаемся. Мы разберемся с ними позже.
– Только благодаря им я добралась сюда живой. – Взгляд Эллы стал суровым, когда она посмотрела на Чору. – Если бы не Фарда, я бы так и осталась в плену армии Империи или, что вероятнее, была бы мертва.
Кейлен повернулся к Элле и почувствовал, что в Валерисе растет ярость, но постарался успокоить дракона, унять стремившееся выйти наружу пламя, хотя бы на данный момент.
– Фарда? Фарда Кирана?
Когда Кейлен произнес это имя вслух, у него задрожали руки, и нахлынули воспоминания – Фрейис, падающая у стены их дома, сжатый кулак Фарды, пламя. Теперь он знал, что в тот день Фарда использовал Искру – день, когда он убил его мать.
Элла напряглась, должно быть, она что-то заметила в глазах Кейлена.
– А что?
Ее тон сказал Кейлену все, что ему следовало знать. Она увидела пурпурный свет в его глазах, который отразился на лицах стоявших рядом людей, а также облачка тумана, поплывшие в воздухе, – он впустил в себя ярость Валериса. Кейлен отвернулся от Эллы и зашагал через толпу. К нему тянулись руки, окликали голоса, но он продолжал идти. Валерис взлетел в воздух и направился в сторону деревьев в центре двора – они стали единым целым, ярость и гнев поглотили все другие чувства.
Когда Кейлен подошел, Азиус, Сенас и Тасия повернулись к нему. Он увидел, как шевелятся их губы, но звуки не коснулись ушей. Три пленника стояли на коленях возле йотнара, стальные кандалы, которые испускали голубой свет, сковывали их запястья. От них шли цепи, впаянные в белый камень при помощи Искры. Голова темноволосого эльфа, слева, была опущена. В центре находилась женщина с белыми как снег волосами.
– Фарда! – крикнул Кейлен так громко, что у него заболело горло.
Валерис приземлился рядом с ним. Из груди дракона вырвалось грозное рычание.
Третий пленник, находившийся справа, поднял голову, услышав крик Кейлена. Когда взгляд Кейлена остановился на разбитом и окровавленном лице Фарды Кираны, он замедлил шаг. На миг его гнев застыл, сердце сжалось. Он снова переживал тот день в Прогалине. А потом его ярость вырвалась наружу, словно пылающий огонь. То, как Фарда сейчас на него смотрел, лишь усилило его гнев.
Кейлен сделал несколько шагов вперед, схватил Фарду двумя руками за шею и поднял на ноги. Фарда замер на месте – его цепи натянулись. Кейлен еще сильнее стиснул руки вокруг его шеи, но Фарда продолжал спокойно и холодно смотреть ему в глаза.
