Сквозь войну и руины полностью

– Спасибо за все, что ты сделал для него и для нас. Да, Варс и Фрейис мертвы, но, Кейлен, у тебя всегда будет семья.

Кейлен прижал язык к нёбу, стараясь сдержать слезы, которые обожгли уголки его глаз.

– Пусть Мать тебя обнимет, – прошептал Ласх.

– А Отец защитит тебя, – добавил Кейлен.

– Пусть бог-воитель ведет твою руку, а Дева – разум, – сказали они вместе.

– Пусть Кузнец хранит твой клинок острым, – послышался от двери голос Данна. Кейлен поднял голову и увидел друга в новых доспехах с белым драконом на груди и в белом плаще с капюшоном. – Меня специально не пригласили?

– Заходи, Данн, – Ласх обхватил рукой голову Данна и прижал ее к себе так, что их головы оказались рядом. – Пусть Кузнец хранит оба ваши клинка острыми, а Моряк доведет до безопасных берегов. – Ласх несколько мгновений обнимал обоих. – Я бы встал рядом с вами, если бы не понимал, что буду лишь мешать. А вы приглядывайте друг за другом, слышите меня? Так всегда поступают жители Прогалины. – Слеза скатилась по щеке Ласха, он всхлипнул, затем отошел на шаг и похлопал Кейлена и Данна по плечам. – Пойдем, Элла ждет вас внизу. Будьте с ней помягче, у нее выдался тяжелый день.

– Я скоро спущусь, – сказал Кейлен, когда Ласх и Данн вышли из комнаты.

Кейлен повернулся к кровати и посмотрел на то, что он там разложил: кошелек с монетами, которые дал ему Аллерон, кулон из обсидиана, окованный бронзой, письмо Альвиры, найденное в Виндакаре, полированный диск, головоломку, которую ему подарил Рокка, и две латные рукавицы.

Кейлен тяжело вздохнул, взял левую рукавицу и надел ее. Затем правую и посмотрел на два круга рун, что шли вокруг вамбрасов, повторяя татуировку, которую Волдрин сделал на его предплечьях.

В последний раз он так готовился к сражению в Белдуаре. Кейлен опустил руку в латной рукавице к эфесу меча. Тогда он потерпел поражение. Белдуар сожгли дотла, тысячи людей погибли, а он и его друзья бежали по ветроходам. Но теперь он стал другим человеком, а Валерис превратился в могучего дракона. В задней части его сознания послышался грохот согласия.

В любом случае мы не побежим. Мы не сдадимся.

В ответ прозвучал мощный рев дракона.

Кейлен снова опустил руку в латной рукавице к эфесу меча с монетой, меча, подаренного ему отцом, – им отец убил Дарина Длинного Клыка, Тарана Шейдсмира и Райса Гаррина. Этот меч был выкован более тысячи лет назад. И он принадлежал Разбивающему Цепи – Варсу Брайеру. Кейлен вспомнил, что отец сказал ему в тот день, когда подарил меч.

«Тебе нет нужды благодарить меня, Кейлен. Ты для меня источник огромной гордости – я и не думал, что такое возможно. То, каким ты стал мужчиной, уже достаточная благодарность».

«Я тебя не подведу. Обещаю».

Кейлен убрал ладонь от меча и выставил обе руки перед собой.

– Дрескир мит хуартан. Дрескир мит нокл. Банте эр ви, мистер ог осварт. – Защити мое сердце. Защити мои кости. Мы связаны – мастер и клятва.

Руны на доспехах ожили и начали испускать яркий пурпурный свет. Кейлен наблюдал, как сливается металл на вамбрасах и латных рукавицах. Затем такой же процесс начался с остальными доспехами, и очень скоро тело Кейлена покрывал гладкий металл. А руны заметно побледнели. Он чувствовал их силу. После того как он произнес эти слова, Кейлен мог контролировать доспехи по желанию.

Кейлен взял с кровати шлем, бросил взгляд на руны, мерцавшие на пластинах, и, вздохнув, вышел из комнаты.

Каллинвар стоял возле стола с картой, опираясь руками о его край. Все рыцари, за исключением Ардена, молча стояли вокруг – они собрались здесь, как только взошла Кровавая Луна. Каллинвар дышал медленно и размеренно, глядя на высеченную в камне стола карту. Как его научил Гилдрик, он постарался мысленно наложить на карту пульсации Порчи.

Небольшие красные области покрывали континент – места схождения, где Порождения крови собирали Сущность. В любой другой день он отправил бы через Разлом туда своих рыцарей, но только не сегодня. Сейчас его не интересовали небольшие участки. Он смотрел на карту и чувствовал, как рвется вуаль между мирами. В его сознании возникали черные трещины с красным сиянием на краях, они источали болезненное, влажное ощущение Порчи.

Одно такое место возникло на небольшом участке Мар-Дорула, где горы спускались в сторону Гилдора, другое он видел рядом с Копперстиллом, третье – к северу от Катагана, одно на Дрифтстоуне и еще несколько в других местах континента. Самое больше пятно, окруженное чернотой, находилось в Выжженных землях.

– Пока мы ждем, люди умирают, – брат-капитан Илларин говорил спокойно, просто указывая на очевидный факт. – Порождения крови становятся сильнее в свете этой луны – у людей просто нет шансов.

– Я знаю, брат. – Каллинвар не отрывал взгляда от стола.