Гражданский транспорт впереди остановился возле контрольного пункта. Вили не мог рассмотреть в подробностях, что там происходило, но фургоны и грузовики один за другим – кто медленно, а кто и быстро – проезжали дальше. Наконец подошла и их очередь. Пол слез с повозки, к нему подошли двое солдат Мирной Власти. Они были вооружены, но не выглядели особенно встревоженными. Сумерки сгустились, и Вили даже не смог определить цвет их мундиров. На горизонте низкое небо сливалось с гребнем холма, за которым располагался перевал. Глубокая тень, окутавшая их, казалась неприступной стеной. Один из солдат держал в руке длинный металлический шест. Какое-то оружие?
Пол слез с заднего фургона и поспешил к солдатам. Некоторое время все трое находились в поле зрения Вили. Солдаты посмотрели на Пола, а потом туда, где сидела Эллисон, очевидно сразу сообразив, что два фургона едут вместе.
– Ну что у тебя там, отец? – спросил солдат постарше.
– Бананы, – ответил Нейсмит. – Хотите? Мы с внучкой должны доставить их в Ливермор, да побыстрее, пока не сгнили.
– В таком случае у нас для тебя плохие новости. Мы не имеем права никого пропускать в Ливермор. Временно.
Все трое пропали из вида – очевидно, пошли вдоль фургонов.
– Что? – взвизгнул Пол. Он оказался куда лучшим актером, чем предполагал Вили. – А ч-что тут такое происходит? Я же так разорюсь!
– Ничем не можем вам помочь, сэр. – В голосе более молодого солдата появилось сочувствие. – Если бы вы следили за новостями, то знали бы, что противники Мира готовы взяться за оружие. Мы ожидаем их наступления в любой момент. Подонки-Мастеровые хотят вернуть времена Войны.
– О нет! – Страх, прозвучавший в голосе старика, казалось, был рожден как его собственными проблемами, так и предчувствием надвигающейся страшной опасности.
Вили услышал, как солдат заглянул в один из фургонов.
– Сержант, да они еще и не спелые даже.
– Конечно, – поспешно сказал Нейсмит. – Я все рассчитал так, чтобы они поспели как раз на месте. Вот, возьмите парочку, офицер.
– Гм, спасибо. – (Вили представил себе, как солдат держит в руке бананы, не зная, что с ними делать.) – Ладно, Хансон, проверяй.
Вслед за этим послышался скрежет. Так вот что это за шест! Росас и Вили затаили дыхание. Их убежище было крошечным, и они были прикрыты плотной сетчатой тканью. Она могла перехитрить ультразвуковой датчик. Но спрячет ли от примитивного прощупывания?
– Все в порядке.
– Хорошо, давай заглянем в другой фургон.
Солдаты зашагали к переднему фургону, где находились генератор и аккумуляторы. Их разговор растворился в общем гуле пропускного пункта. Эллисон слезла с фургона и встала так, чтобы Вили ее видел.
Прошло несколько минут. Темная тень на востоке поднялась выше и расплылась по всему небу. Сумерки постепенно превращались в ночь. Над контрольным пунктом вспыхнули электрические лампочки, и Вили чуть не вскрикнул от неожиданности. За последние несколько недель ему довелось видеть собственными глазами совершенно поразительное электронное оборудование, но это сияние его буквально ошеломило. Как много лампочек! Каждую секунду они поглощали столько электричества, сколько в домике в горах расходовали за целую неделю.
Тут вновь донесся голос Пола. Старик жалобно что-то доказывал, и теперь солдат разговаривал с ним уже не так спокойно и доброжелательно.
– Послушайте, мистер, не я придумал устроить тут войну. Радуйтесь тому, что мы вообще вас защищаем от этих чудовищ. Если повезет, все быстро закончится, и вы еще успеете спасти свой товар. А пока считайте, что вы здесь застряли. На вершине холма площадка, где можно остановиться. Мы построили там несколько туалетов. Переночуете с внучкой там, а утром решите, что вам делать… Может, продадите часть вашего груза во Фримонте.
Голос Пола звучал очень печально, словно старик потрясен случившимся:
– Да, сэр. Большое вам спасибо. Делай, как он говорит, Эллисон.
Фургон со скрипом потащился вперед, а вокруг волшебным бело-голубым сиянием полыхали огни электрических лампочек, заливая окрестности ослепительным светом.
Майк сдавленно хихикнул:
– Пол просто молодец! Теперь мне кажется, что его вчерашние причитания были всего лишь спектаклем, устроенным для того, чтобы поднять наш дух.
Фургоны и принадлежащие Власти грузовики расположились на большой площадке возле самого перевала. Здесь тоже висело несколько фонарей, но по сравнению с контрольным пунктом было просто темно. Посередине площадки горели костры, где застрявшие на ночь путники готовили себе еду. На дальнем краю площадки возвышалась ощетинившаяся оружием четырехгранная башня, которую они видели с дороги. Перед ней выстроились в ряд военные бронированные машины – они явно сторожили оказавшихся тут совсем некстати гражданских лиц.
Движение военной техники по дороге почти прекратилось, и впервые за много часов грохот и рев турбин стих.
