Проклятие! Этих троих засада удивила не меньше, чем южан, но Стронг не сомневался, что они понимают, кто стоит за этой атакой и откуда ожидать следующую. Будь у него чуть больше времени, он при помощи специальных препаратов получил бы нужные ответы.
Советник наклонился над столом и обратился к офицеру МПУ:
– Итак, это был не совсем блеф. Но даже если у вас есть еще ловушки вроде этой, вы все равно не добьетесь ничего большего, чем небольшая задержка нашего продвижения. И конечно же, новых жертв с обеих сторон.
Свенсен собрался что-то сказать, но посмотрел на Бриерсона и передумал. Казалось, темнокожий полицейский решает, что и в каком объеме следует открыть врагу. Наконец он пожал плечами и заявил:
– Не стану вам лгать. Силы МПУ не имеют к этой атаке никакого отношения.
– Какая-то другая банда?
– Нет, вам просто посчастливилось нарваться на фермера, который сам защищает свою собственность.
– Чушь.
Эд Стронг отлично разбирался в тактике и умел читать разведывательные данные, появляющиеся на дисплеях. Но, кроме того, имея личный опыт боев у Колорадо, он знал, каково лежать на земле под свист пуль и шрапнели. И что нужно для того, чтобы организовать оборону, с которой они только что столкнулись.
– Мистер Бриерсон, вы утверждаете, что один человек может закупить столько разного оружия и спрятать так надежно, что даже сейчас мы не до конца представляем схему его расположения? Вы утверждаете, что один человек в состоянии приобрести генератор для этих лазеров?
– Разумеется. Эта семья в последние годы тратила все свободные деньги на охрану своей территории, постепенно создавая надежную систему обороны. Но думаю, очень скоро они израсходуют все ракеты и энергию, – вздохнув, сказал он. – Вам остается только подождать.
Ракетный и артиллерийский огонь накрыл цель. Яркие разноцветные вспышки метались по экрану, больше похожие на абстрактный рисунок, чем на изображение местности. Ни оружия, ни живых людей видно не было. Бомбардировщики держались в стороне, берегли боеприпасы. Пока оборона противника не уничтожена, любой другой курс привел бы лишь к бессмысленным потерям.
Через несколько минут экраны дисплеев заполнили обломки, дым и пламя. Внутри ослепительно-желтого облака полыхал напалм. Вражеские лазеры светили еще несколько секунд, эффектно, но совершенно бесполезно. Но даже когда они погасли, голокарта продолжала показывать, как единичные ракеты то и дело устремлялись в погоню за бомбардировщиками. А потом пропали и они.
Республиканцы не прекратили обстрела, и мрак над канзасскими полями разрывали яркие огненные вспышки. Дисплей не транслировал звук, однако стены вагона едва заглушали грохот взрывов, – в конце концов, они находились всего в семи тысячах метров от поля боя. Стронг мимолетно удивился тому, что враг не попытался уничтожить командный пункт. Возможно, Бриерсон представляет большую ценность – и знает больше, чем кажется на первый взгляд.
Прошло несколько минут. Все, включая президента и похожих на гангстеров пленных, наблюдали за тем, как обстрел прекратился и ветер разогнал дым над картиной разрушений, которые несет с собой современная война. С севера на восток поля окутало пламя. Танки приближались, и вместе с ними – время окончательного захвата спорной территории.
Впрочем, республиканцы разрушили не все вокруг, они сосредоточили огонь на излучателях и ракетных установках – там земля была вспахана сначала мощными дистанционно управляемыми бомбами, а затем сожжена напалмом. Разведывательные вертолеты проносились над самой поверхностью, их камеры выискивали оставшееся оружие неприятеля. Когда прибудут танки и грузовики с солдатами, они еще раз прочешут местность.
Наконец Стронг решил, что пришла пора вернуться к нелепому утверждению Бриерсона.
– Вы утверждаете, будто ферма, хозяин которой тратит все свои деньги на вооружение, по чистой случайности оказалась на пути нашей колонны.
– Случайность и небольшая помощь со стороны генерала ван Стина.
Президент оторвал взгляд от дисплея. Голос Мартинеса звучал ровно, но Стронг услышал в нем напряжение.
– Мистер Бриерсон, сколько у вас еще таких мини-крепостей?
Бриерсон откинулся на спинку стула. Его ответ мог бы показаться нахальным, но в нем не было даже намека на сарказм.
– Понятия не имею, господин Мартинес. До тех пор, пока они не причиняют беспокойства нашим клиентам, МПУ ими не интересуется. Не все так хорошо замаскированы, как у Шварца, но я бы на вашем месте на это особенно не рассчитывал. Если вы не будете соваться на их собственность, вас не тронут.
– Вы хотите сказать, что, если мы их засечем, но постараемся обойти стороной, они не станут мешать реализации наших планов?
– Именно так.
