Хань Юшенг, в сине-золотом расшитом парадном платье с минимумом оружия, выказывая тем самым доверие хозяевам дома и территорий, сидел справа от хозяина и вождя варваров чурдженей. Это место было определенным знаком уважения, но больше ничем. Рядом гордо поглядывал вокруг и Хан Мён. Титул представителя Императора льстил ему. Лицо казалось бесстрастным и непроницаемым, но что-то проскальзывало в редкой улыбке и прищуре глаз. Что-то змеиное и неуловимо-ядовитое. Разговор предстоял серьезный, и пора было начинать говорить о главном. Быть или не быть миру на землях к востоку от Поднебесной. Сможет ли Чжунго избежать войны еще несколько лет.
– Десять тысяч лет жизней уважаемым гостям и Императору Го Жуну! Он прислал своих представителей для разговора, важность которого трудно переоценить. – Агунай поднял чашу и знаком попросил всех наполнить свои кубки и чаши вином, выпив вместе с ним. Пить до дна – дань уважения к старшим, мудрым или хозяевам. Вино было крепким и приятно-кислым.
– Мы должны решить с вами важный вопрос о землях, о соседстве и о слухах, которыми стали полниться степи. Будто бы Небо прислало Деву других времен, которая указывает, что и кому делать. Гадает и предсказывает. Хань Юшенг, я видел вашу девушку, она и, правда, необычная, но неужели ты думаешь, что чужестранка способна одурманить наши мысли выдавая себя за посланника Неба? Мы видели чужестранок. И из северных земель тоже, она не первая. Хорошо, что ты не привел ее сюда, я буду решать вопросы только в мужском кругу и только с представителями Императора. Тобой и Хан Мёном. Что касается земель… мы хотим увеличить плату за охрану этих территорий от нападения других племен и, тем самым, защитить границы Поднебесной. Охрана границ требует больших средств, воины и оружие стоят дорого, мы хотим увеличить плату еще наполовину.
Хань Юшенг понимал, что сейчас нужно только слушать. Не выдать свой гнев, не выдать своего удивления – только слушать и думать. Это было совершенно неожиданное заявление. Чурджени и так получали довольно высокую плату за «охрану» границ и повышение ее в полтора раза могло просто разорить Императорскую казну в случае непредвиденных обстоятельств типа засухи, наводнения, чумы, падежа скота или любого другого природного бедствия, на которые Небо было всегда так богато.
– Я хочу выслушать мнение Бейле кетаней, что он скажет о своей территории и своих границах с Чжунго? – Хань Юшенг перевел взгляд на толстяка, который задумчиво крутил перстень с огромным камнем, поворачивая его на пальце в разные стороны
Хан Баймынь немного поерзал, получше устраивая свой живот на коленях, отложил в сторону недоеденный кусок вяленого мяса, которым закусывал вино и, бегая глазами от одного гостя к другому, начал говорить. Голос хана казался мягким и вкрадчивым, если не знать о том, насколько решителен и жесток был Баймынь, чтобы удержаться в кресле бейле, чтобы быть одним из ханов каганата. Вполне можно было обмануться мягкостью и вкрадчивостью речей и голоса.
– Наш северный каганат объединяет много земель и много племен, нас поддерживают татабы со склонов Хингана и степные уйгуры, мы хорошие воины и мы тщательно охраняем свои территории. Прошли уже те времена, когда кидане хотели захвата чужих земель, нам вполне хватает тех шестнадцати округов, которые раньше входили в княжество Янь и область Юнь, которые Поднебесная по-дружески и доброй воле передала нам под управление до сего дня. Мы доказали, что наши воины сильны и мы может защищать эту территорию и управлять ею. Наши северные земли тесно связаны между собой. Вожди мелких племен преданы киданям. Мы имеем большую силу и вес конечно же для того, чтобы еще более тщательно охранять все границы от нападений. И для того, чтобы грамотно вести хозяйство на землях, которые отдал нам Император, для того, чтобы в Чжунго было спокойно. Но мы торговцы, все становится дороже и сложнее, мы тоже хотим поднять цену за наем воинов, закупку оружия, содержание людей и животных в боевом порядке. Однако не все можно измерить деньгами… мы можем поговорить о родственных связях, которые соединят нас прочнее денежных договоров, я предлагаю вам свою дочь в жены племяннику императора. Рассмотрите это предложение.
Все главное было сказано, все предложения сделаны и акценты расставлены. Дальше – много вина. Очень много вина и немного танцующих девушек, которые услаждали взор гостей голыми животами и чарующей музыкой струнных инструментов.
46.
– То есть они оба прямо завили, что денег нужно почти в два раза больше, а бейле киданей еще и позволили себе припомнить, как отвоевали у Чжунго шестнадцать округов? – Женька расхаживала по шатру Юшенга из угла в угол, если только можно найти хоть какой-то угол в полукруглом помещении. Глаза ее пылали, ноздри раздувались, она была очень зла, в отличие от Хань Юшенга, который не спеша и негромко рассказывал все, что обсуждалось на собрании.
