Я вспоминал слова матери. О бремени, которое я разделяю со всеми, кого встречаю на своем пути, кого люблю, и с теми, кто любит меня. Она знала о том, что сейчас рассказывала мне Джо. Мама все поняла: сумев взглянуть со стороны на наши с Джо частные истории, она заметила нити одного цвета, проходящие сквозь обе жизни.
Я не сразу пришел в себя, но сумел все же задать Джо вопрос, что уже дважды задавал матери. Я спросил, зачем она приехала.
— В прошлый раз я сбежала. Все это было так неудобно, неправильно. Вдруг узнать, что я… вся моя жизнь совсем не такова, как я себе представляла. И я была чересчур ленива, чтобы разбираться с этим. Но бегство не помогло. Твоя история роковым образом вернулась в мою жизнь — через этого парня, Фаззи. Понимаешь, даже если выяснится, что это вовсе не он — не тот, о ком мы думаем, — я все равно должна была отыскать тебя и попытаться исправить то, что я разрушила. В себе самой. В других людях. Я нашла Дину, потому что не могла отыскать тебя. И благодаря ей узнала тебя лучше — сумела понять то, чего не понимала раньше.
— И теперь ты готова? Принять то, что казалось тебе таким неудобным прежде?
— Больше, чем прежде. Я… пойми меня правильно. У меня
Инстинкт заставил меня произнести следующую фразу:
— Ты рассказала мне не все.
— Нет. Да. Есть еще кое-что. Но… я… давай сначала разберемся с первым вопросом. О Фаззи.
— Да, Фаззи. Ты… хочешь встретиться с Шарифом Мухаммадом Чача?
— Хочу, Дина сказала, он сейчас живет у своей сестры.
— Верно, они живут вместе. Я… навещал их. Они тоже иногда заходят к нам, время от времени.
До сих пор я не раскрывал всех секретов. Она предполагала, что мое участие в жизни этого парня — мать которого я убил — не изменилось с момента нашей встречи в Чикаго.
— Я отведу тебя к нему. Сможешь расспросить о том времени, что разделяет мою историю и его. Я мало об этом знаю. Но на главный вопрос, ради которого ты приехала, я могу пролить свет уже сейчас. Человек, которого ты зовешь Фаззи, — его имя Фазл, — он
— Он… Откуда ты знаешь?
— Я виделся с ним. После нашей встречи, Джо, история получила продолжение. И сам я изменился. И сейчас способен видеть то, чего не замечал раньше. Ты сказала, что пошла учить урду из-за встречи со мной. Пока ты говорила, я думал обо всех печальных последствиях такого решения — как пагубно я повлиял на твою жизнь. Но со мной все иначе, Джо, совершенно иначе.
— В каком смысле?
— Ты знаешь, что в тот момент, когда мы с тобой встретились, я собирался жениться?
— Да, твоя мама рассказала.
— Я летел в Пакистан на свадьбу. Невесту выбрал мой дед. Молодую и красивую. Но для меня — слишком молодую. До встречи с тобой я об этом не задумывался. Но ты появилась на пороге, как материализовавшийся кризис среднего возраста, — и я вдруг понял, что половина жизни уже позади. И что я могу предъявить? Ну, закончил колледж. Веду бизнес. Удачно вложил деньги, выданные дедом, в технические инновации в Кремниевой долине. Мне повезло успеть до экономического спада. Наслаждался плодами успеха. Путешествовал. Встречался с красивыми женщинами. Шикарно жил — мог себе многое позволить, учитывая, кто мой дед. Даже мои деловые удачи зависели от его богатства. А сам-то я что
Я сумел найти только два ответа на этот вопрос. Первый — несчастный случай, когда я сбил человека. Случай, повлекший за собой смерть. Второй — ты. Тоже случай, но повлекший за собой рождение. Вот чем я стал для других. Смерть, которую я никогда не мог ни эмоционально принять, ни искупить, — я никогда, вплоть до встречи с тобой, никому не рассказывал о той женщине с мальчиком. И новая жизнь, о которой я даже не подозревал.
Вернувшись в Пакистан, я расторг помолвку. Чувствовал себя абсолютно потерянным. Наступил Мухаррам. Я вспоминал разговор с тобой — как впервые решился рассказать о своих детских воспоминаниях.
