Мне пришлось прижать руку ко рту, чтобы проглотить истерический смех от ее механического тона. Если Шей еще не подозревала, что что-то происходит, то теперь все было ясно.
— Это очень мило с твоей стороны, — ответила Шей, и в ее словах слышался смех. Она знала. Она точно знала. — Давай сначала поговорим с Ноем. Хорошо?
— Ной согласится, — уверенно заявила Дженни. — Обещаю.
Дженни спустилась на ступеньку, чтобы я мог видеть ее лицо, и показала мне большой палец вверх. Я уперся обеими руками в столешницу и поддался на эту уловку, спросив:
— Уже закончили? Над чем сегодня работали?
— Мы читали о кораблекрушении в гавани Ньюпорта, — сказала Дженни, когда они преодолели последнюю ступеньку, — и это может быть корабль знаменитого исследователя, а потом мы сделали несколько… С днем рождения, Шей!
Дженни подпрыгивала и пританцовывала, пока Шей переводила взгляд с плаката «С днем рождения» на стене на мою бессистемную попытку сделать торт и букет подсолнухов на столе. Я не был уверен, что они по-прежнему являются любимыми цветами Шей. У нас было много подсолнухов позднего сезона рядом с пчелиными семьями, и сегодня утром сорвать несколько штук казалось безопасной авантюрой.
Теперь я не был в этом уверен.
— Счастливого, счастливого дня рождения, — пропела Дженни, все еще держа Шей за руку, все еще подпрыгивая, как будто пол был батутом. — Я сделала плакат, и все буквы правильные. Видишь? А еще я сделала специальные тарелки. Ной помог мне написать твое имя по буквам. И есть торт, и у нас есть подарок для тебя и…
Шей уставилась на меня прищурившись, как будто не понимала, что здесь происходит.
— Ты все это сделал?
Я пожал плечами.
— Это твой день рождения. — Я ткнул большим пальцем через плечо, в сторону духовки, и добавил: — Мы с Джен просим тебя остаться на ужин, если у тебя нет других планов. Люди из службы доставки еды собрали что-то… —
Ее губы разошлись, выражение ее лица смягчилось еще больше.
— О. — Шей быстро моргнула. Глаза заблестели. — Боже мой. — Слова были переполнены эмоциями. Она тяжело сглотнула, схватила крошечный бриллиантовый кулон на своем ожерелье и провела им по цепочке.
— Ты останешься? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста? — Дженни умоляюще сложила руки вместе. — Ты должна остаться. Скажи «да». Скажи «да»!
Шей провела рукой по волосам Дженни, встретившись с моим взглядом.
— С удовольствием.
Я хлопнул в ладоши, говоря:
— Джен, быстро проверь курятник. Потом мне нужно, чтобы ты поработала над своим салатом.
Я открыл шкаф, чтобы не смотреть на Шей. Чтобы не спросить, почему это вызвало слезы на ее глазах. Чтобы из меня не хлынул поток извинений.
— Волшебство салата. — Дженни пела это как джазовый джингл.
— Что я могу сделать? — спросила Шей.
Все еще спрятанный за дверцей шкафа, я вздохнул. Когда больше не мог там прятаться, я взял ненужную мне миску и поставил ее на столешницу.
— Возьми Шей с собой и покажи ей курятник.
Дженни взяла Шей за руку и сказала:
— Оставайся со мной. Я не позволю им клевать тебя.
Курятник не нужно было проверять. Ящики для яиц были пусты. Я знал это, потому что проверил их перед тем, как Дженни и Шей пришли из школы сегодня днем. Но мне нужна была минута, потому что я не мог дышать от необходимости сделать все правильно для Шей. Меня бы устроила любая ее реакция, кроме этой. Даже если бы она отклонила приглашение и вышла за дверь, я бы справился с этим без проблем.
Это… было по-другому.
Пока они были на улице, я достал из духовки несколько блюд и постарался привести их в презентабельный вид. За этот специальный заказ я задолжал доставщикам еды целую тонну свежего базилика.
Шей и Дженни вернулись, когда я откупоривал пробку от бутылки белого вина.
— Яиц нет, — объявила Дженни, в доказательство перевернув корзину вверх дном.
— Куры вели себя прекрасно, — добавила Шей.
Дженни покачала головой.
— Я бросила им печенье.
— Где ты взяла печенье? — спросил я.
— Я не знаю. Оно было у меня в кармане.
— Просто замечательно. — Мы обменялись с Шей взглядами. — Время творить твою салатную магию.
Шей устроилась на одном из табуретов на другой стороне острова, сцепив руки под подбородком, наблюдая, как Дженни забирается на другой табурет и приступает к работе.
— Я должна это увидеть, — сказала она.
— Это волшебство, — начала Дженни, — потому что я бросаю эти уродливые штуки в миску и смешиваю их, а потом они перестают быть уродливыми. И это вкусно. Магия.
