Я внимательно посмотрела ему в глаза. Это значит, что он знает, что дети не его? Я не спросила, опасаясь открыть больше, чем сообщил ему Кристиан. Но следующие его слова развеяли все мои сомнения.
– Я знаю, что ты не хотела, чтобы я узнал. – Кассио кивнул и оглянулся на Луку, который, опустив руку с пистолетом наблюдал за нами. – Тебе пора.
– Пусть уходит. Нам нужно обсудить дела, – холодно сказал Лука.
Кассио опять попытался подтолкнуть меня в сторону двери. Я попятилась назад.
– Я без тебя никуда не пойду.
– Джулия, все будет хорошо. Элия отвезёт тебя домой, и ты немного отдохнёшь.
Я обошла стороной высокую фигуру Кассио и посмотрела Луке в глаза.
– Лука, вы обещаете, что всё будет хорошо?
Серые бездонные глаза ничего не выражали.
– Думаю, тебе пора домой, слушайся своего мужа.
– Меня не волнует, что думаете вы, и я точно не уйду, пока не поклянётесь, что мой муж ко мне вернётся.
Кассио прижал меня к своему боку.
– Джулия, марш отсюда.
От меня не укрылось, как Кассио одним движением заслонил меня своим телом от Луки, как будто боялся, что Лука может меня ударить.
– Нет, – рявкнула я и резко опустилась на пол. Опешив, Кассио едва успел придержать меня, чтобы смягчить падение. Я уселась на пол как капризный ребёнок или как глубоко беременная женщина, полная решимости во что бы то ни стало спасти любимого мужчину. – Я никуда не уйду. Я остаюсь здесь. Тебе придётся меня тащить.
Кассио покачал головой, но в его глазах отразилось восхищение. Наклонившись, он без проблем поднял меня, несмотря на мои протесты. Донёс до двери и поставил, придерживая за талию, чтобы я не попыталась снова сесть на пол. Сминая ткань, я вцепилась в его рубашку. Он приподнял двумя пальцами мое лицо за подбородок.
– Сладкая, езжай домой. – В сиплом голосе слышалась мольба.
Я прижалась к нему, слезы затуманили мой взор.
– Поклянись, что вернёшься ко мне.
Кассио оглянулся на Луку, и несколько мгновений они просто смотрели друг другу в глаза.
– Клянусь.
Элия встал со мной рядом, и когда Кассио дал ему знак, он придержал меня за плечи и вывел из номера. Я посмотрела через плечо на Кассио, который ободряюще улыбнулся мне, прежде чем дверь захлопнулась. Неужели Кассио солгал мне о том, что вернётся домой?
Я захлопнул дверь перед испуганным лицом Джулии и повернулся к Луке. Он так и стоял, держа пистолет в опущенной руке. Несмотря на почти непреодолимое желание достать своё оружие, я не стал этого делать. Я относился к Луке с большим уважением, а он выделял меня из прочих младших боссов. Однако это вовсе не означало, что он не может меня убить. Он не колеблясь убьет любого – будь то мужчина или женщина. Исключение сделает для своей жены и детей – наверное.
– Ты солгал мне про Андреа.
– Я не лгал. Опустил часть правды.
Лука нехорошо скривил губы.
– Найдутся те, кто сочтут, что опустить часть правды – значит солгать.
– Для меня имеет значение только то, как сочтешь ты.
Лука шагнул ближе. Его пистолет по-прежнему непринужденно болтался дулом вниз. И его вид мог кого угодно ввести в заблуждение, но только не меня. Я слишком хорошо его знал. Лука был прирожденным убийцей. Немного найдётся мужчин настолько же опасных, как он, – неважно, с оружием он или без.
– Если бы это было действительно так, ты бы рассказал мне все, ещё когда я спрашивал.
Я кивнул.
– Андреа был моим солдатом. Когда я убил его, это было решение босса Филадельфии.
– Кассио, Филадельфия принадлежит мне. Весь Восток мой. Ты и остальные мои младшие боссы правят в
– Я и не забываю. Но ты доверяешь мне руководить Филадельфией так, как я считаю нужным, и ты знаешь, что я делаю это хорошо. Ты же не ждешь, что я побегу тебе докладывать о каждом инциденте в городе? Ты доверяешь мне разбираться самому.
– Чего я жду – так это того, что ты сообщишь мне, если появится предатель в Семье.
– Андреа был стукачом.
– Это точно? Или он просто был мужиком, который трахал твою жену?
Будь на месте Луки любой другой – я бы не стал сдерживаться и дал бы выход своей ярости.
– Он успевал и тут, и там. Вице-президент МК Тартар в Филадельфии, с которым я разделался, признался мне, что у них есть контакт и по описанию он походил на Андреа.
– Ты выбил из Андреа признание?
– Я должен был это сделать, – признался я и выдержал взгляд Луки. – После нападения на клуб я вернулся домой и обнаружил, что наверху моя голая глубоко беременная жена скачет на моем шурине, ее собственном брате, а внизу сидит мой маленький сын, который думает, что они там играют в какую-то игру. Когда я припер Андреа к стенке, он похвастался, что трахает мою жену с самого первого дня нашего брака и что мои дети не от меня. Я голыми руками забил его до смерти, переломал все чертовы кости в его теле, превратил его ебучее лживое лицо в месиво, пока у него глаза не вылезли из орбит. И я бы сделал это снова.
Лука кивнул, потому что слишком хорошо понимал, на что способна бешеная ревность.
– Это ты убил Гайю?
