– Со сделки уплачено в казну десять копеек пошлины… Сделка записана в книгу губернской казенной палаты отделения в Нарве за номером… – закончив читать, Неухов вдруг покусал губу и вздохнул. – Девицу искать не просто будет. Знаю я этого Чуркина – слыхал. Никакой он не помещик – купец. Скупает девок по дворам да возит в Урюпино, в станицу… А там же ярмарка! Каждый год, по осени – на Покров. Настоящий невольничий рынок! Конечно, не так, чтоб на глазах… тайно, но все, кому надо – знают. Армянские купцы там девок оптом скупают и в басурманские страны продают… Хоть и запрещено сие, но обходят.
– Девок… – эхом повторил Антон. – В басурманские страны… Черт! Неужели опоздал?
– Не журись, – Кирилл вдруг улыбнулся, утешил: – Не такое это быстрое дело. Чуркин не дурень, не впервой девками торгует… Одну-то не повезет! Пока тут накупит… Да и до Покрова еще – ого-го! Так что есть время…
– Ага! Так ты думаешь, он где-то здесь, рядом, этот чертов Чуркин?
– Думаю, недалеко, и…
– И как же его отыскать? – нетерпеливо перебил Антон.
Губернский секретарь расхохотался:
– Отыскать? Отыскать, друг мой, можно! Газеты покупай… тут, у нас, нарвские ведомости…. Еще ревельские… петербуржские… Все… Где кто будет много девок продавать – там перекупщика и ищи! Ну и я чем смогу – помогу, делов-то… А про каплунов этих, Самосиных, ты князю не забудь, напомни…
Посидев в трактире пару часов, Антон Авдеевич отправился восвояси. Поручик нисколько не опьянел, поскольку с недавних пор пил мало, предпочитая водке вино или, черт с ней, наливку.
Назад ехали хорошо, весело! Вот ведь как иногда бывает – дело не сладили, а на сердце праздник! Что и говорить, вот уж точно – с души камень упал. Непроданные девчонки бежали вприпрыжку впереди брички, смеясь и радостно перекликаясь. Сидевший за кучера Парфен прямо светился от радости, даже управитель Егор Карасев и тот улыбался, да, улучив момент, шепнул на ухо барину:
– Это хорошо, господине, что вы девчат упырям этим не продали! Ничо… чай, хозяев им и получше найдем… А можно и не искать…
– Как это – не искать? – встрепенулся юный помещик. – А приданое как же?
– Я вам, господин, советую сызнова с Ермилом Пахомовым поговорить, – Егор, похоже, задумал воспользоваться добрым расположением духа своего молодого господина и решить кое-какие дела. В свою пользу… но и в пользу помещика тоже.
– Ермил – мужик смекалистый, дурного не предложит. И зла на вас за те батоги не держит.
Ермил… Ермил Пахомов… Кажется, он какую-то мануфактуру или фабрику предлагал… или, как он выразился – «завод»… Шальные мысли! А прожекты? Одно разорение… За то – и в батоги… Или поторопились с батогами-то? Вдруг да не разорение? Не зря ж крепостной люд Пахомова дельным мужиком считает. Кстати, Аграфена – его племянница…
Ишь, как смеются девки-то! Рады… Эвон, и песню запели… Веселую!
Так вот, под песню да смех, в Сосновку и въехали…
– Не продал! – бросившись братцу на шею, радостно воскликнула Гера. – Подружек моих не продал… Да как же решился-то!
– О тебе ж беспокоюсь, сеструшка, – Антон отозвался со всей серьезностью. – О приданом твоем… о поместье нашем… обо всем!
– Ох, братец…
– О состоянии нашем сама знаешь…
– Да уж… Ну, что же, Антоша, как-нибудь выкрутимся, верно? – девчонка хлопнула ресницами, заглядывая брату в глаза. – Не такие уж мы и моты. Вот, если б не карты еще…
– А с картами я завяжу! – сурово пообещал молодой человек. – Вот те крест, завяжу! Последний раз к старому князю съезжу… объявлю всем, что больше не игрок…
– Антоша!!!
– Под липами-то князь нынче гулял, не знаешь?
– Так гулял. Всегда ведь гуляет…
Вечером, попарившись в баньке, Антон велел Егору позвать Ермила Пахомова. Дожидаясь, испил кваску, да, пойдя к зеркалу, причесался. Может быть, подстричься, да носить парик, а не завиваться каждый раз, не пудриться, не заплетать косу?
– Звали, барин? – войдя, низко поклонился Пахомов – жилистый чернявый мужик лет тридцати пяти, небольшого роста, с подвижным лицом и умным цепким взглядом.
– Звал… – Антон обернулся, кивнул. – Садись вон, на лавку… О деле твоем поговорим. Что ты там предлагал-то?
А предлагал Ермил Пахомов ни много ни мало, как открыть мебельную фабрику! Да-да, в нищебродном-то поместье! Ну, точно, тот еще прожект… Хотя как посмотреть! Коли поместье толком никакого дохода не приносит, так почему б и не открыть? Тем более что особых денег для того и не понадобится, если верить Ермилу.
