А вот тоже интересная схемка! Антон глянул еще один листок – вся крепость как на ладони! Ну, тут уж ничего не сделать… Разве что понаставить макеты тяжелых орудий там, где их нет. А чтоб боялись, чтоб не лезли лишний раз!
Тщательно все продумав, Сосновский немедленно испросил аудиенцию у командующего. Как и предполагал Антон, генерал-аншеф принял его в тот же день, ближе к вечеру, в своей походной палатке. Александр Васильевич лично проводил учения и все время был «в поле».
– А, поручик! Ну, сколько шпионов поймал? – сидя на складном стульчике, Суворов засмеялся и указал на стоявшую подле горящего костерка колоду. – Садись, Антон Авдеевич. В ногах правды нет. Что сказать хочешь?
– Вот, – почтительно поклонившись, молодой человек протянул командующему письмо, якобы от старого друга, журналиста, что находился сейчас в Константинополе… или уже где-то гораздо ближе.
– Ну, ну… – Суворов подслеповато прищурился. – Ну и почерк у твоего дружка! Пишет, как курица лапой… Давай-ка лучше мне сам обскажи вкратце.
– Слушаюсь, ваше высокопревосходительство! – едва скрывая радость, Сосновский вскочил с колоды…
Все, что он говорил, генерал-аншеф выслушал внимательно и чрезвычайно серьезно и, слава Господу, ни за какую чертовщину не посчитал!
– Значит, говоришь, «шутейные» батареи поставить? Не перемудрим ли? А, впрочем, почему бы и нет? Распоряжусь тотчас же… Что еще? К драгунам? Тайную батарею проверить? Турок и про нее уже знает? Кой же черт! Надо ж место менять…
Секретная артиллерийская батарея располагалась на холме, у небольшого озерка. Самшит, еще какие-то кустарники и деревья представляли собой вполне надежную маскировку, если не глядеть сверху, с небес!
– Именем его высокопревосходительства командующего! – Сосновский показал командиру батареи только что подписанный Суворовым приказ, явно не вызвавший у бравого артиллериста особого удовольствия.
– Менять позицию? Да с чего бы это?
– С того, что эта уже известна туркам!
– Точно известна?
– Ну, иначе бы командующий не приказал.
– Что ж… – артиллерист, франтоватый капитан в красном мундире, развел руками и запоздало отдал честь: – Слушаюсь! К выполнению приказа приступим тотчас же! Эй, молодцы!
Капитан повернулся было к пушкарям, да Антон тут же взял его под руку:
– Выполнять будете ночью. И – скрытно!
– Ночью? – снова возбудился артиллерист. – Да вы представляете, сколько двадцатичетырехфунтовки весят и каково их тащить?
– Не только тащить. Их еще и сверху как следует замаскировать надо.
– Сверху? Это ж от птиц, что ли, выходит?
Поручик приосанился:
– От птиц, не от птиц, а в приказе про то сказано! И еще не забудьте на старом месте шутейную батарею поставить! Ну, в том помогут… пришлют плотников.
– Плотников… – Ошарашенный капитан, не зная, что сказать, лишь вскинул брови.
– Мне бы с караульными вашими поговорить, – между тем протянул Антон. – Хоть вон у тех кусточков… Пришлите мне тех, кто посмышленей.
– У меня, поручик, все смышленые! Артиллерия – чай, не пехота!
Ну, капитан… Уел! Что уж тут скажешь?
Немного подобрев, капитан прислал караульных – двух молодых (ровесников Антона) парней и одного пожилого капрала, судя по виду, тянувшего солдатскую лямку уже лет двадцать, если того не более.
Ничего конкретного караульщики, увы, не сообщили – в небе ничего не видели, окромя птиц.
– Летал тут намедни коршун. Видать, перепелов караулил… Да рази ж нам есть времечко в небо-то смотреть, вашбродь?
– А жужжание? – не отставал Антон. – Никто в небе не жужжал? Ничего такого не слышали?
– А ведь жужжали! Зудели этак… – припоминая, пожилой капрал смешно наморщил нос. – Осы аль пчелы дикие… Мы даже робят посылали – гнездо по кустам искать.
– И как? Нашли гнездо-то?
– Не, вашбродь, не нашли. Да и пчелы больше не жужжали. Третьего дня только и были…
Третьего дня.
– А что тогда с погодой? Кажется, штиль?
– В точности так, вашбродь, штиль. Тишь да гладь кругом.
Потому дрон и услышали. А так ведь, если высоко летит, так ветер да волны шум двигателей заглушат запросто. Вот никто и ничего… Впрочем, хоть кто-то что-то услышал.
И откуда здесь можно незаметно запустить дрон? Да мало запустить – еще же нужно и управлять им. По волновой связи или уж скорее – по кабелю…
С озерка можно вполне! Там камыши, скрытно… В камышах и сесть… на плотике… Что ж, возможно, возможно… Может, зря с перемещением батареи поспешили? Перестарались. Если уж здесь все осмотрено-сфоткано, вряд ли дрон появится еще раз… Здесь – вряд ли… А где-нибудь рядом? Вдруг оператор заметит какие-то изменения? Может такое быть? Вполне. Значит, не зря все, не зря!
Драгуны, коих поручик опросил чуть позднее, тоже слышали странное жужжание. Хотя странным-то оно им не показалось – пчелы или осы, подумаешь, эка невидаль, никто и внимания-то особого не обратил. Никто и не вспомнил бы, коли б Сосновский специально про жужжание не спросил. Вот тот же Николенька Самусев и вспомнил.
– Жужжали, жужжали, Антон Авдеевич! – рассмеялся корнет. – Правда, не покусали, видать, ветром сдуло… Хотя ветра тогда не было – штиль.
