– Хорошо, но с восточным таким выговором. Да! На пояснице у нее татуировка, у копчика… какая-то восточная вязь.
Была ли у той девчонки, Надин, татуировка на пояснице, Антон, конечно, не знал, так что сообщенная юным Самусевым пикантная подробность вряд ли могла пригодиться. Однако сам факт… Христианки татуировок не делали… Но если магометанка – всякое могло быть…
– Гадание на кофейной гуще… – себе под нос буркнул Антон. – Завтра, конечно, пойдешь? Ну, к этому… Фемистоклу?
– Да, загляну с утра. А потом пора в полк – служба… Янина, кстати, предупреждала, что не всегда сможет прийти.
– Янина… хм… Коляску ты, надеюсь, осмотрел?
– И очень внимательно, смею заверить! – обиженно отозвался корнет. – Я ж понимаю…
Может, и в самом деле – за камнем? Просто заехала по пути… У маркитантов что-то купила… Ладно, поглядим…
С самого утра, простившись с приятелем, Сосновский отыскал-таки кибитку старого Влаха и Миреллы. Девушки были при них. Обрадовались… Анисья так и вообще едва не бросилась на шею! Забавная…
Антон расспросил и этих.
– Третьего дня? – припоминая, Ани смешно наморщила носик. – Нет, никто не приезжал – мы ж с краю, увидели бы… Верно, Маша?
Немая тут же кивнула, подтверждая слова подружки.
– Точно не было?
– Точно! Никакой одноколки не видели. Да и уехали к тому времени уже почти все. Турка забоялись.
Однако да-а…
Вот почему-то не давала покоя Антону эта подозрительная – явно подозрительная – вдовушка! Ведь все одно к одному – и брошенный, такой знакомый, велосипед, и одноколка, на которой вполне можно было вывезти дрон и все оборудование. Скажем, прикрепить внизу, между колесами – кто бы догадался? Уж точно не Николенька Самусев! Судя по всему, тот был больше поглощен самой вдовушкой, нежели ее коляской.
Вечером явился Парфен – доложил, что старый грек уже закрыл свою лавку. Никакая вдовушка там так и не появилась! Что ж, следовало ожидать…
В глубоких раздумьях Сосновский завалился на ложе, лишь скинув сапоги и кафтан. Может, и правда – зря все! Не там ищет… вернее сказать – не ту…
А если подумать – как здесь можно использовать дрон? Недаром ведь его перевезли поближе к крепости.
Ну, как использовать – тут и дураку ясно. Для корректировки артиллерийского огня с турецких линейных кораблей. Огневой мощи там предостаточно, а вот если еще подскажут, куда бить, хотя бы в каком направлении. Да и следить за перемещениями войск с воздуха-то – милое дело!
Так-то оно так, но ведь как-то нужно и передавать сведения. Рации-то у шпионки нет! А телефонная связь здесь не катит…
Но если она не одна, если у турок, на кораблях, тоже кто-то имеется из нашего мира? Если решен вопрос связи… Тогда плохо дело, да!
Но если не решен – тогда как? Наверняка что-то придумано и на тот случай, если со связью что-то случится. А что можно придумать? Условные сигналы! Какие-нибудь разноцветные флажки или что-то подобное. Но тогда турки должны все это хорошо видеть… Господи – да какое-нибудь высокое здание… Колокольня или… Минарет! Точно – минарет здесь самое высокое здание! И очень удобно – круглый балкончик для муэдзина имеется. Опасно, конечно – могут заметить… Но в суматохе боя… Если ничего лучшего нет…
Сказать Суворову! Как начнется штурм, послать верных людей и к минарету, и на колокольню.
Что еще можно сделать для победы?
Автоматчики – не забывать и про них! Еще и базуки могут быть, и гранаты… Танки – вряд ли, Щеголев говорил… Слишком уж крупные!
Против автоматчиков пригодятся егеря и казаки… Небольшой летучий отряд. Подготовить, чтоб не удивлялись ничему, разработать тактику боя… Еще пушки! Да-да, легкие полевые орудия. И чтоб палили картечью не бог весть куда, а точно по цели – на звуки очередей!
Мысль неплохая… Обсказать командующему, сославшись на своего «друга» в рядах турецкой армии, маркиза Венсана де Касселя, журналиста одной из парижских газет. Вернее сказать – репортера…
Так! Быстренько написать от его имени письмо.
– Парфен! Эй, Парфен, спишь, что ли?
– Да, барин?
– Сбегай к хозяину за чернилами и пером. Бумага у нас, по-моему, еще оставалась…
Генерал-аншеф выслушал Сосновского весьма внимательно, без всякой насмешки, и столь же внимательно прочитал «письмо»…
– С рыбаками передали, – на всякий случай пояснил Антон.
– Хм… А что значит – скорострельные ружья? – Александр Васильевич все же засомневался. – Что-то не слыхал про такие.
– Французское изобретение, – тут же соврал поручик. – Их мало еще. Туркам продали всего-то полдюжины…
– Ну, про это в письме сказано… А как они действуют, эти скорострелы?
– Точно не знаю, ваше высокопревосходительство… Но говорят, тридцать пуль в минуту…
– Да ну!
– И даже еще быстрей! Я вот предлагаю…
Хоть командующий не очень-то поверил в «скорострельные ружья», однако создание летучего отряда из самых метких стрелков одобрил:
– Коли что, на командиров турецких поохотимся. Да на янычар! А о полевых пушках я и сам думал. Ты вот что, поручик… Говоришь, сигналы врагу могут подавать?
– Ваше высокопревосходительство, как штурм начнется, солдатушек не худо б послать! К минарету и на колокольню.
