Сплюнув, он махнул рукою и поспешно скрылся в кустах…
— И вот еще! — с торжествующим видом Дорожкин выложил на стол пятнадцать новеньких десятирублевых купюр. — Как с куста — полторы сотни целковых! А к ним — вот это… — Рядом с червонцами легла на стол рваненькая обожженная бумажка…
— Обрывок банковской упаковки, — пояснил старший лейтенант. — Все изъято при обыске на квартире гражданина Воронкова!
— Упаковку надо будет проверить, — вскользь заметил Алтуфьев. — Сережа, займись.
— Сделаем, Владимир Андреевич!
Наконец-то…
Наконец-то в столь запутанном и резонансном деле появился реальный подозреваемый! Да еще какой реальный…
Именно поэтому, несмотря на выходной день, в Озерск сразу же сорвались оба следователя — и Алтуфьев, и его младший коллега Пенкин. Шеф — старший советник юстиции Христофоров — собирался уже в понедельник доложить обо всем в райком. Так ведь и было о чем докладывать… И, несомненно, будет еще… после первого же допроса!
Деньги! Обрывок банковской упаковки — что еще надо-то? Еще и косвенное — колесо с характерным проколом. И… как сказал Пенкин, подозреваемый собирался скрыться… уехать куда-то на Севера — искали бы его потом до упаду!
— Мы его пока по мелкому закрыли, — пояснил участковый. — Драку в клубе учинил.
— Да мы оформим все, — махнул рукой Алтуфьев.
Все собрались в кабинете Ревякина, сейчас решался вопрос о переводе подозреваемого в районный СИЗО. Ну и допросить надо было…
Владимир Андреевич выпустил дым в потолок:
— Так, говорите, ничего он вам толком не пояснил? — спросил Владимир Андреевич.
— Вообще ничего, — развел руками Игнат. — Уперся, как баран рогом. Не мое, говорит, и все!
— Деньги где были?
— В тумбочке, у кровати. Прямо в ящике выдвинутом — заходи, бери! А обрывок упаковки — в печке. Видать, не до конца сгорел…
— Что же он не проверил? Невнимательный! — заметил Алтуфьев и с хрустом потянулся. — Ладно, будем колоть. И не таких раскалывали. Правда, время… Все зависит, так сказать, от категории сложности. Ну как у туристов в походах.
— А чего сложностей-то? — уточнил любопытный Дорожкин.
— Да, Игорь, всего. От сложностей дела, доказательств, сопутствующих обстоятельств… характера… Воронков этот — что он за человек?
— Судим был за драку, — ответил участковый. — По пьянке, конечно, все. Да вот и вчера… А так работник неплохой, в ДРСУ его хвалят.
— Притворяется, гад! — хмыкнул Пенкин. — Ничего, расколем.
— Ну, давайте его сюда. Поработаем! — кивнул Алтуфьев.
Воронков — высокий, со щетиной, брюнет с модной «битловской» прической — сразу сказал:
— Без адвоката я на допрос не согласен!
— А мы пока и не допрашиваем, — пожал плечами Алтуфьев. — Просто поговорим. Без протокола. Ты деньги-то вернуть не хочешь?
— Да не я это! — подозреваемый аж подскочил на стуле. — Сто раз уже говорил — не я!
— И деньги не у тебя нашли? И банковскую упаковку в печке? Чего до конца-то не сжег? Помешал кто-то?
— Говорю же — не я-а! И деньги эти не мои, и никаких упаковок я не жег…
— Откуда же они у тебя?
— Не знаю. Может, подбросил кто… Вы следователи — вы и ищите… Да как же вы могли подумать такое! Я же и кассиршу тетю Веру… и Пахомыча, водителя, хорошо знал! Он у нас в ДРСУ раньше работал… Недавно совсем в ЛДОК перешел, на новую «Татру»… на свою голову…
— Спокойней, Алексей, спокойней… — негромко проговорил Алтуфьев. — Разберемся…
— Разберетесь вы… ага… — злобно сверкнул глазами подозреваемый. — Вам лишь бы… Эх, да что там говорить!
— Однако, Алексей, согласись — основания тебя подозревать у нас имеются!
— Основания… Говорю ж — не мое все это! Ведь я же сам вас в свою квартиру позвал! Не позвал бы — и не нашли бы вы ничего! И вообще, без адвоката больше говорить не буду!
— Что ж, будет тебе адвокат! У нас, в Тянске… — вздохнул Владимир Андреевич и посмотрел на коллегу: — Сереж, позови там кого-нибудь — пусть забирают. А я пока вызову автозак… Хотя можно и на местной машине — что тут ехать-то…
Когда вошедший сержант увел задержанного, Алтуфьев подошел к окну и произнес:
— Однако, первая категория сложностей нарисовалась! Действительно, как-то нелогично выходит… Сам же милицию и позвал! Зачем, спрашивается?
— Подозрение от себя отвести, — пожал плечами Пенкин. — Ну в краже краски. Он же не думал, что в квартире внезапно устроят обыск. А Дорожкин увидел подозрительное колесо и тут же позвонил нам!
— А я — шефу… — усмехнулся Владимир Андреевич. — Обрадовал. Но он молодец, среагировал быстро — сразу дал санкцию… Хотя, честно говоря, основания-то были так себе…
— Дело ведь на контроле! Вот он и…
— Ну да. Закрыл, так сказать, глаза…
В воскресенье Женька навестила Катю Дорожкину, подружки поболтали, погуляли со Светочкой, а вернувшись домой, стали слушать пластинки на новенькой радиоле «Рекорд-66». Колесниковой радиола понравилась — вся такая современная, угловатая, с двумя динамиками.
— В ОРСе недавно купили, — перебирая пластинки, похвасталась Катерина. Светочку как раз уложили в соседней комнате — спать.
