– Переломов нет, только ушибы и ссадины, – протирая руки влажной салфеткой, сказал врач. – Нет и сотрясения. В общем – отделалась лёгким испугом.
– Это хорошо. Да в принципе… – он внимательно посмотрел на меня, и от такого пронзительного взгляда у меня мурашки побежали по спине. – Она как… – он не знал с кем меня сравнить. – Она, как кошка, забралась в кабину машины.
Мужчины отошли в сторону, и я смогла расслышать совсем немного из того, что полицейский ещё решил рассказать врачу.
Я только одно заметила: капитан, с которым первым нам с дочкой пришлось пообщаться, исподтишка внимательно всё время наблюдает за мной – за моими жестами и мимикой – он старался услышать любое сказанное мною слово, и как только от меня отошли эти двое, сразу подошёл к нам.
– Со мной что-то не так? – не выдержав молчания, поинтересовалась я.
Он сел рядом.
В принципе, я понимала его состояние, и то, о чём он хочет меня спросить, но я и сама себе не решалась задать этот вопрос, а тем более – ответить на него. Вопросов много – ответов не было.
– Как вы это узнали или увидели? – всё-таки решился на вопрос капитан и показал рукой на искорёженные машины.
Я посмотрела на него, потом перевела взгляд на группу врачей, которые всё ещё пытались вытащить водителя из машины. Видимо, это оказалось не таким уж и простым делом, и они обратились за помощью к остальной половине мужчин, находящихся здесь.
Мой капитан, уже уходя на помощь к медикам, на секунду задержался возле меня:
– Как?
Я пожала плечами и ответила:
– Сама в шоке.
Ведь на самом деле ничто не предвещало того, что я увижу эту ситуацию. Люди получают дар ясновидения от своих предков или от какой-либо шоковой ситуации – удара молнии или не знаю ещё от чего – а я…
А ничего такого со мной не было. Жизнь – как жизнь. День прошёл ровно и спокойно, всё как всегда: работа с утра до вечера, потом вечером с дочкой в магазине встретились. Вместе накупали всякой ерунды и довольные отправились домой.
Я пожала плечами – ничего особенного…
И именно в эту минуту я вспомнила тот странный, даже можно сказать страшный голос. Вот тут-то я почувствовала, как страх начинает наполнять моё сознание: «Твоё время ещё не пришло…», – эта фраза заполнила меня всю, от пяток до самой макушки, и я поняла, что в следующий раз ушибленными коленками я больше просто не отделаюсь.
Господи, неужели будет ещё и следующий раз?
Наконец-то мужчинам удалось перенести грузного больного в карету «Скорой помощи», и машина умчалась в темноту. Вся мужская компания, освободившись от таких забот, направилась в нашу сторону.
Я посильнее закуталась в плед, который мне любезно предложил врач, и готовилась к неприятному для меня разговору.
Мужчины изрядно вспотели и, тяжело дыша, подошли к нам.
– Тяжёлый! – сказал один из медиков.
– Не то слово, – подтвердил самый молодой паренёк. – Умаялись, пока перетащили.
– Мы хотели сказать вам спасибо, ведь если бы не вы, мы были бы рядом со своими искорёженными машинами, – обратился ко мне Олег.
– Да, это уж точно, – согласились остальные.
Я махнула головой в знак согласия, но сказать им больше мне было нечего.
– Вот если бы мы сразу вас послушали… – удручённо проговорил капитан. – То и машины бы свои спасли. Так ведь?
Здесь, я так же молча, без каких-либо эмоций пожала плечами. Этот момент я не видела – я видела только их смерть. И что мне об этом им сказать?
Они ждали сейчас от меня какой-то волшебной палочки, по взмаху которой я смогу всё объяснить. Но я сама была напугана, ничего не понимала и не знала.
Тут на моё спасение подъехал эвакуатор, ребята поблагодарили меня ещё раз и отправились на погрузку, переговариваясь между собой:
– Что докладывать будем?
– Ох, и попадёт нам за машины.
– И не говори, сразу двух машин лишились.
Капитан отпустил вторую «Скорую», так как я наотрез отказалась ехать в больницу.
Увидев, что всё наконец-то закончилось, Кира спросила:
– Теперь мы можем ехать домой?
– Да, конечно, только запишу ваши данные, – спохватился капитан.
Дочь продиктовала наш домашний адрес, номер телефона, и мы вдвоём отправились к своей машине, которая так же одиноко стояла на обочине дороги…
Домой мы ехали молча. Меня знобило…
Дочь, пережившая вместе со мной случившееся, сильно беспокоилась не за мою физическую боль, а за моё психическое состояние.
Я же молча смотрела в окно, не видя ничего за ним. Передо мной всё это время была пустота, и только этот страшный голос – «Твоё время ещё не пришло…» – звучал в моей голове.
Приехав домой, я кое-как поднялась по ступенькам крыльца и направилась к лифту. Разбитое колено давало о себе знать. Вот тут я мысленно искренне поблагодарила человека, который придумал такое устройство как лифт, ведь подняться по ступенькам на шестой этаж самостоятельно сегодня я бы не смогла…
Мы продолжали молчать. И я была очень благодарна дочке за то, что хоть она не лезла ко мне в душу со своими расспросами.
Дома сразу отправилась в душ в надежде, что вода снимет напряжение. Но сегодня мне ничего не помогало, поэтому сразу же заперлась в своей спальне, сказав Кире, что устала и пошла спать.
