Меня мучил всего один вопрос: «Что со мной?», – я лежала на кровати с открытыми глазами, стараясь хоть как-то собраться с мыслями. – «Что такое произошло со мной в тот момент? Ведь как-то я смогла увидеть, что в этой злосчастной машине-громадине мужчине плохо стало. Но как?».
Да, вопросов оказалось больше, чем один…
Так я промучилась, лёжа в постели, до самого утра, но так и не найдя ни одного ответа на многочисленные вопросы, решила, что кофе мне сейчас никак не помешает.
Я соскреблась с кровати, почувствовав себя ещё более разбитой и подавленной. Тело ныло и страдало вместе с моей душой, не столько от бессонной ночи, сколько от вчерашних событий. Проходя мимо зеркало и убедившись, что ещё вчера утром я выглядела гораздо лучше, чем сейчас, я пробурчала:
– А нечего было прыгать по чужим машинам… – ранка на ушибленном колене взялось корочкой, которая при ходьбе во время сгибания начинала трескаться, принося мне неприятную боль. – Ужас!
Моё настроение соответствовало моему отражению в зеркале, поэтому я не стала возле него долго задерживаться. С тёмными кругами под глазами, взлохмаченная и хмурая побрела на кухню.
– Ох, и вид у тебя, мама, – пробормотала дочь, которой, видно, тоже не спалось.
Мельком взглянув на дочь, отметила, что молодость берёт своё, и поэтому бессонная ночь на её личике отразилась только в мутном взгляде и бесконечном зевании. Но пререкаться не было сил, поэтому я молча подошла к плите.
– Садись, горемыка, – пробурчала дочь. – Я сама за тобой поухаживаю.
Послушно усевшись на свой стул и вытянув ноги, я благодарно поглядела на Киру.
В моей памяти опять встала вечерняя картина, которая никак не отпускала меня. «А как же мне понять, что со мной вчера такое произошло?», – невесёлые ночные мысли опять посетили мою голову. – «Где явь, а где… А что это где? Как дать определение тому, чего сама не понимаешь?».
– Эй, мамулечка… – я почувствовала, как дочка осторожно положила мне руку на плечо. – Кофе остывает.
Я взяла кружку со своим любимым напитком, и, сделав глоток, поморщилась.
– Фу, тёплый.
– Ну, ещё бы! Я тебя зову, зову… – оправдывалась дочь. – А ты как зомби сидишь и в окно смотришь. И никаких эмоций… – она заботливо обняла меня и предложила. – Давай новый кофе сварю.
Мне стало жалко её и стыдно за своё ворчание.
– Не надо, доченька, я этот попью, я сама не знаю, что сегодня хочу. Не обижайся.
Настаивать дочь не стала, и дальше кофе мы пили снова молча, стараясь не пересекаться взглядами.
Дочка первая встала из-за стола, помыла кружку и направилась к выходу. В дверях она приостановилась, обернувшись полуоборота, хотела что-то сказать, но передумала и, махнув рукой, удалилась в свою комнату.
«Правильно доченька, мне всё равно до сих пор нечего тебе сказать», – с благодарностью подумала я, подходя к окну.
Мне захотелось глотнуть морозного воздуха, чтобы прийти в себя. Небо было чистым, ни одного облачка, я подняла руки к груди и взмолилась:
– Боже, будь со мной, не оставь меня в этой трудной и необъяснимой для меня ситуации! – устремив взгляд к небу, я всё шептала свою просьбу и шептала.
Почувствовав, что на меня подул лёгкий прохладный ветерок, я как будто очнулась от продолжительного странного сна. И в то же время это дуновение как будто завернуло меня в лёгкую пуховую шаль, от чего стало спокойно и умиротворённо.
– Ох, как хорошо, – повернувшись лицом к солнышку, проговорила я.
А закрыв глаза, представила себе картину: песчаный пляж, море и я.
Звук шелеста бумаги привлёк моё внимание, обернувшись, я посмотрел на журнал, который лежал на кухонном столе. Заметила, что он открыт, хотя я точно помнила, что его не листала. Подойдя ближе, увидела на странице статью под названием – «Ты скоро всё поймёшь».
Это произвело на меня странное впечатление, поэтому принялась изучать статью, но дочитав до конца, разочаровалась – ко мне она никак не относилась.
«Надо чем-то себя занять, иначе так и в психушку попадёшь…», – решила я и встала, но в это время опять подул лёгкий ветерок, и листок журнала перевернулся на другую страницу. На этой странице была какая-то детская реклама, но одно слово привлекло моё внимание – «Терпение».
– Это – точно знак, – решила я. – Скоро всё прояснится!
Утешая себя этим, решительно отправилась принимать ванну. Набрав горячей воды и добавив много-много пены, я тут же забралась в неё. Вода произвела на меня мгновенное воздействие, тело начало расслабляться, тревожные мысли куда-то улетучились. Я впала в полную эйфорию спокойствия и лёгкого счастья.
И именно тогда, когда мне стало так хорошо и спокойно, почувствовала нежное прикосновение к моим волосам.
Я замерла…
Нет, это был не обман моего сознания, чьи-то руки уверенно, но ласково приглаживали и расчёсывали мои волосы.
Машинально подняв руку к голове, я дотронулась до этой руки. Да, это была рука. У меня тут же сработал инстинкт самосохранения, потому что я сразу же закрыла глаза, как будто это могло уберечь меня от чего-то странного и непонятного.
В ужасе я продолжала лежать в воде, просто боясь открыть глаза, не то, что бы пошевелиться.
