– Кирочка, родная моя, я действительно очень хочу домой, – я говорила искренне, у меня было ощущение долгого отсутствия в мире живых. – Неси мои вещи, а по дороге расскажешь о том, почему я здесь оказалась.
В этот момент к нам зашла молоденькая медсестра, которая, увидев меня стоящей посреди палаты, тут же начала пятиться назад. В её широко раскрытых глазах промелькнул страх, который сменился удивлением. Белый колпак сполз ей на глаза, она пыталась его поправлять, но от волнения у неё ничего не получалось.
– Господи, Настасья, тебя только за смертью посылать, – услышала я из коридора голос какой-то женщины. – Ну, чего встала, как вкопанная, делать нечего, что ли, как стены подпирать? – вошедшая крупная женщина – в белом халате, видимо, старшая медсестра – поправила медсестре колпак и укоризненно проговорила. – Я же не могу всё сама делать. Настя! Да ты что, приведение увидела, что ли? Да что за девчонка, ты меня скоро с ума сведёшь!
Все молчали, а женщина, уже подойдя к моей кровати, посмотрела вокруг хозяйским оценивающим взглядом.
– А что тут происходит? – поинтересовалась она, уже обращаясь к моей дочери. – Кира Михайловна, мы с вами договаривались, что во всём будет порядок. А вы? – тут она обратила внимание на меня. – Вы у нас вообще-то в коме лежите… Так почему вы не в постели? У вас – постельный режим пока что ещё!
Этот вопрос так озадачил меня, что я не нашлась с ответом, поэтому только пожала плечами.
И тут до грозной медички наконец-то дошло: и что вокруг происходит, и что она говорит, она охнула и выскочила из палаты.
– Иван Сергеевич! – прокричала она уже в коридоре мужеподобным голосом, который, правда, соответствовал её габаритам.
Медсестра тоже бросилась из палаты за удаляющейся начальницей.
Я же подошла к зеркалу, висевшему на стене около окна, и внимательно посмотрела на себя. Ну, нет, вроде бы я выглядела нормально. Бледненькая, осунувшаяся, но в целом выглядела прилично. А для этого помещения – даже очень ничего!
И чем это я медсестёр напугала?
Вон как волосы уложены красиво. Как ещё надо выглядеть, чтобы тебе радовались?
– Доченька, ну что ты молчишь? Мы едем домой, или как? – спросила я.
Тут Кира наконец-то отреагировала на мой вопрос – она подошла ко мне, обняла и заплакала.
– Э-э-э… Это что за сырость? – вытирая её слёзы, проговорила я.
– Мамочка, мы ведь уже и не надеялись, что ты вообще из комы выйдешь, а ты – вот… – она посмотрела на меня и добавила. – Стоишь рядом со мной, жива и здорова. Как будто ничего и не было. Как так?
Я посмотрела вокруг и задала вопрос, который крутился в моей голове после её объяснения:
– А что, это плохо? Мне надо было… – я показала рукой на больничную койку. – Ещё несколько лет в ней проваляться?
Дочь растерялась и ещё больше расплакалась, прижимая меня к себе всё сильнее.
– Ну что ты говоришь, мама? Я просто боюсь тебя ещё раз потерять.
В этот момент в дверях появилась уже знакомая мне троица – две медсестры и врач.
– Так, так… – услышав знакомое, я поняла, что этот пожилой доктор – и есть Иван Сергеевич.
Он соответствовал моему представлению, только вот бороды у него не было. Приятной внешности доктор – в молодости, видно, не одно женское сердце разбил – посмотрел на нас строго и так же строго спросил:
– Что здесь сегодня вообще происходит? Вы просто не представляете, как тяжело сейчас подобрать медперсонал. Вы, наверное, думаете, что у меня за воротами очередь стоит? – тут его взгляд остановился на своих медсёстрах, которые так и остались стоять в дверях. – Вы зачем травмируете моих людей? – он посмотрел на пустую кровать, повернулся ко мне, и то, что он сказал, превзошло все мои ожидания. – Милочка, а вы что по палате гуляете? А ну марш в постель!
– Да я не хочу, – запротестовала я.
Доктор насильно уложил меня в кровать, и принялся за осмотр.
– Мистика… – бубнил он при этом. – Этого не может быть! Вы так быстро идёте к выздоровлению… У нормальных людей годами восстанавливается организм, память, другие функции, а вы! – он сделал ещё несколько тестов, чтобы проверить мою адекватность. – Вы помните, как вас зовут?
– Лидия, – ответила я.
– А год рождения свой дочери? А… – он задал ещё парочку вопросов, дожидаясь подтверждения правильности моих ответов от Киры.
– Доктор, я себя прекрасно чувствую, можно я домой поеду? – мне никак не хотелось оставаться в больнице.
– Чудесненько… – врач призадумался и ответил. – Но домой – рано ещё.
– Как рано? Я хочу домой, – заканючила я, чуть не плача.
– Угомони свою мать, – обратился Иван Сергеевич к Кире, а потом опять повернулся ко мне. – Голубушка, необходимо сдать анализы.
– Да какие анализы? Вы что, меня не слышите? Я прекрасно себя чувствую.
– Я сказал – анализы, значит – анализы! – твёрдо ответил Иван Сергеевич и, пригрозив мне пальцем, стал шантажировать. – А иначе… Всех врачей заставлю пройти.
Выходя из палаты, доктор на ходу назначал мне анализы, а та женщина, что постарше, записывала его назначения в блокнот, который достала из огромного кармана такого же огромного халата.
