— In English, please, — между тем коварно добавляет Регина Васильевна.
И я догадываюсь, что Алекс встрял. Я сама, мягко говоря, не сильна в английском, так как в нашей поселковой школе и без него всегда не хватало учителей. И даже если бы я внимательно слушала этот злосчастный текст, с его переводом на русский я вряд ли бы справилась, а от вступившегося за меня Алекса теперь ещё и импровизация на иностранном требуется.
Но, к моему изумлению, он и здесь не теряется. И свободно, достаточно бойко и без запинок заговаривает с учительницей на английском языке. Причём, продолжает общаться в своей стандартной манере: чётко проговаривая, словно чеканя каждую букву и фразу. И ни мимикой, ни голосом не выдаёт никаких других эмоций, кроме готовности действовать.
Они беседуют уже минут пять, но я по-прежнему понимаю лишь отдельно взятые кусочки, которые, если сложить их в единое предложение, не проясняют мне ровным счётом ничего.
И тогда я шёпотом снова тревожу Костика:
— О чём они говорят?
— У вас что, не было ин яза в школе? — удивляется Костик.
— Был, но очень мало. Можешь мне общими словами просто, о чём это они хотя бы? Тема?
— А ты глянь вокруг, — внезапно предлагает он. — Видишь, все еле держатся, вот-вот лопнут? Я даже скажу тебе, кто будет первым, — и он стреляет глазами на Фродо, а я замечаю, что действительно, почти все ребята в классе из последних сил давят смех. — Просто нам всем интересно, насколько его на этот раз хватит.
— Кого? — по-прежнему не догоняю я.
— Свирида, кого же ещё! Он же с инглишем вообще не дружит! Просто притворяется, понимаешь? Несёт всякую чушь, вперемешку со знакомыми словами, а получается вроде как складно. Он же даже у нас в КВН-е как-то иностранца изображал...
— Погоди, — прыскаю я и прикрываю ладошкой рот. — То есть, ты хочешь сказать, то, что он сейчас городит…
— Да-да. Блеф чистой воды. Ну, или голоса в его голове. Из инглиша там несколько слов всего, и то никак не связанных. Да и дикции нет у него. То есть наоборот, она как раз есть, но чересчур чёткая, понимаешь, а иглиш — это же каша во рту…
Как раз к этому времени одноклассники начинают шуметь и англичанка решает прервать, наконец, представление.
— Достаточно, господин Свиридов… Ну, что могу сказать… уже лучше. За то, что с места — два. За то, что вступились за девушку и за самоуверенность — пятёрка. За знание предмета и произношение — снова два. И зайдёте вы ко мне… сегодня после уроков. Васюкова, кстати, вы пока на карандаше, — вспоминает она про меня. — Тоже зайдите, если вас не затруднит, лучше со Свиридовым вместе…
Глава 9
*Он*
— Прошу, мадам, — галантно придерживаю дверь, пропускаю даму на эшафот первой.
Сева остаётся наблюдать нашу казнь через стекло.
— МариВанна, моё почтение!
Спамерша отрывается от ноутбука и, стянув с носа очки, предлагает нам сесть прямо перед ней за одну (мать вашу!) парту.
— Благодарю, я постою, — дебильничаю я. — Сидячий образ жизни, знаете ли, крайне неполезен для здоровья. Особенного такого юного и прекрасного организма, как мой. К тому же, сегодняшний учебный день уже достаточно приблизил меня к риску появления хронических запоров. А вы же не хотите, чтобы со мной такое приключилось?
— Как вам будет угодно, господин Свиридов, — Англичанке пофик. — Вы можете и постоять. Только попрошу вас наконец запомнить моё имя и впредь обращаться ко мне исключительно по имени. Меня зовут Регина Васильевна.
— Конечно, Регина свет Васильевна, я вырежу это имя тупым перочинным ножичком у себя на сердце.
— Не стоит так утруждаться. Вполне достаточно будет создать небольшую нейронную цепочку в вашем, я уверена, способном, хоть и
Всё то время, пока мы со Спамершей соревнуемся в колкостях и церемонимся, Болотовласка напряжённо молчит. Она, конечно, водрузилась на предложенное место и ждёт-не дождётся начала расправы.
— Итак, — собирается с мыслями англичанка. — Ответьте мне пожалуйста, господин Свиридов, чем вы планируете заниматься после окончания школы?
— Как минимум три варика... — с готовностью начинаю я. Сигаю на другую, центральную парту, окорочками и тут же принимаюсь загибать пальцы. В прошлый раз было то же самое, только у Спамерши проблемы с памятью, походу, похлеще, чем у меня. — Первый: армия, срочка, контракт. Попадаю в горячую точку, получаю ранение, государство отчехляет мне несказанное баблище. Второй, стандартный, унылый: вышка, армия, работа, дети, возможно семья. Третий…
— Это замечательно, что у вас уже всё так чётко определено, — снова прерывает меня собеседница, так и не дослушав, как обычно, про самое трешовое. — Но я имела в виду несколько другое. Куда вы думаете поступать?.. Ммм… — она на миг нацепляет очки и опускает взгляд, чтобы отыскать моё искорёженное имя в своих корявых записях. — Александр, правильно?
С невозмутимостью Далай-Ламы дождавшись её внимания, я едва успеваю раскрыть рот, как она опять меня останавливает.
