Слезы Эрии полностью

Двухэтажное приземистое здание одним боком опиралось на два широкоствольных дерева, сросшихся, как сиамские близнецы, и лишь благодаря их поддержке все еще удерживалось на краю покосившейся платформы. Ставни на первом этаже были отворены настежь. Недавно пронесшийся по деревне ветер не преминул заглянуть в маленькую комнату и облепить обшарпанные стены золотой пыльцой. Ее теплый свет нежно касался бледной кожи Шейна, спавшего на узкой кровати напротив окна. При виде друга мое сердце радостно екнуло.

Я подалась вперед.

Внезапно дверь дома распахнулась, и на пороге возникла высокая черноволосая женщина. Она широко зевнула, устало потерла веки тыльной стороной ладони и окинула меня изумленным взглядом, словно не понимала, являюсь ли я частью ее сна или реальностью, потревожившей этот самый сон.

– Ты, должно быть, одна из найденышей Бенгаты? – мягко произнесла женщина, подавив очередной зевок.

– Алесса, – смущенно представилась я. – А вы Ильва?

Знахарка медленно кивнула и вдруг, словно что-то задумав, прищурила изумрудные глаза.

Дочь ведьмы. Еще одна.

– Что ж, раз уж ты здесь, то проходи, – пригласила Ильва. – Нечего стоять под окнами, словно неприкаянный дух.

Ее слова, подобно чиркнувшей спичке, рассеяли тьму угасающих воспоминаний, вновь пробудив в памяти недавние события. Я встревоженно огляделась: жуткой незнакомки не было.

– Я видела… – слова неуверенно спорхнули с моих губ. – Тут была женщина…

– Этой ночью по болотам бродишь только ты, – ответила знахарка с мягкой снисходительной улыбкой. – Небось Бенгата снова перепутала щавель и турн в своем вареве, которое она называет супом. Иначе как еще объяснить твою безрассудную прогулку в столь поздний час. Проходи же.

Она открыла дверь шире, пропуская меня вперед.

– Как вы узнали, что я здесь? – не сдержала я любопытства.

– Интуиция, – коротко бросила Ильва и, поймав мой непонимающий взгляд, нехотя пояснила: – Обостренные чувства – маленький дар от моей несостоявшейся матери. Мы, Отреченные, может, и лишены ведьмовской Силы, но не настолько беспомощны, как считают некоторые.

Она проводила меня в комнату к Шейну. Ильва хорошо о нем позаботилась: дыхание друга было легким и спокойным, кожа – румяной, и ничто, кроме бурой мази на сбитых костяшках и поверх мелких ссадин на лице, не напоминало о его недавнем плачевном состоянии.

– Твой друг – сильный парень. – Знахарка ободряюще похлопала меня по плечу. – Через пару дней уже поднимется на ноги.

– Пару дней? – обреченно выпалила я.

Мой взгляд метнулся к Эсперу. Была ли у него в запасе эта пара дней?

В сердце впились острые когти вины, и я пристыженно прикусила язык. Шейн едва не погиб, спасая нас с тамиру, но вместо беспокойства о нем я сожалела о нескольких днях задержки.

«Всего пару дней, – я попыталась утешить себя и Эспера, – мы выдержим».

Ильва мягко коснулась моего плеча:

– За это время ты сможешь поговорить с ведьмами.

Я растерянно посмотрела на знахарку.

– Твой друг оказался очень болтлив в беспамятстве, – пояснила Ильва. – Но даже сумей он отправиться в путь хоть сейчас, ведьмы не пустили бы его в Лейтерин. Дорога к их селению закрыта для мужчин. Ну а пока…

Женщина усадила меня на низкий табурет.

– Посиди с другом, раз тебе не спится, а я немного вздремну. Если ему станет хуже – не вопи, не беспокой Болота, а просто постучи в мою дверь.

Не дожидаясь ответа, знахарка скрылась в соседней комнате.

Я осторожно положила Эспера рядом с Шейном и пригладила всклоченную шерсть, смахнув с нее последние тлеющие золотые пылинки. Взглянуть на Шейна или коснуться лежащей рядом руки я не решалась: чувство вины рвало душу на куски.

Из-за меня Шейн едва не погиб, а Эспер оказался в смертельной ловушке, медленно высасывающей из него жизнь. Мои друзья встали на путь, ведущий в царство Саит, потому что я оказалась слаба перед монстрами этого мира и своими внутренними демонами. Я так жадно цеплялась за Гехейн, не желая возвращаться домой, закрывая глаза на множащиеся вокруг тайны, что не заметила, как привела беду в чужой дом. И даже сейчас, после всего, что произошло, я продолжала отчаянно держаться за этот мир.

Все, чего я желала, – это вернуть Эспера, сомкнуть объятия на шее исполинского волка и вместе с ним сбежать от грядущей бури.

Но мечты о нашем светлом будущем медленно осыпались прахом. На задворках сознания до режущей боли в ушах звенела назойливая мысль: я слишком слаба, чтобы бороться, и даже если сейчас сумею спасти тамиру, то позже снова его подведу. Все, кто находится рядом со мной, обречены. Я погублю их, потому что слишком труслива. Потому что боюсь отпустить друзей, даже ради их блага, и оказаться одна перед лицом опасности.

Я сердито смахнула слезу, катившуюся по щеке.

Может, Арий поступил правильно, оставив меня? Хотя бы ему я теперь не смогу навредить.