Я с трудом подстроилась под ее неторопливый мелкий шаг, наблюдая спины уходящих в чащу людей: на похороны собралась треть деревни. Огненная шевелюра Шеонны изредка мелькала где-то впереди длинной процессии. Я видела, как Дорта, девушка, встретившая нас у ворот Даг-Шедона, передала ей стеклянный сосуд. Точно такой же был у многих
– Что Ильва имела в виду, говоря про дорогу к Сердцу Болот? – поинтересовалась я у молчаливой старухи, когда деревня осталась позади.
– Ты слышала что-нибудь про Курт-Орм? – ответила она вопросом на вопрос.
Я отрицательно покачала головой.
Бенгата подняла посох – вязкая грязь хлюпнула под ногами – и стукнула по склонившейся над тропой ветке. К крючковатому суку была привязана серая путеводная лента.
– Курт-Орм – Сердце Болот. Место, в котором не существует лжи и злобы. Место, отсеивающее чистые сердца живых и очищающее души усопших, – загадочно начала старуха. – После смерти мы отдаем свои тела Болотам, и только они определяют нашу дальнейшую судьбу. Если они сочтут, что при жизни человек был порядочным и добрым, или же поступал дурно, но раскаивался, или был прощен живыми, то Болота заберут себе лучшие качества его души, а теплым воспоминаниям позволят воспарить золотыми огнями над темными водами. Но если Болота решат иначе, если душа окажется чернее болотной мути, то она будет изгнана за пределы Ксаафании, туда, где попадет в лапы Саит и сгинет в ее царстве, а тело несчастного будет выброшено на сушу на съедение болотным тварям.
Мои пальцы заледенели от волнения: я вспомнила о существе, обитающем на дне, – оказаться в его пасти не самая завидная участь даже для мертвого.
– Ильва верит, что раз ваш друг выжил, то вы не держите зла на Снорра и, ощутив это, Болота примут его душу. Порой она бывает слишком мягкосердечной, – в заключение добродушно усмехнулась старуха.
Провожающие давно скрылись в зарослях – лишь изредка сквозь чахлую листву до нас доносились их голоса, но Бенгата все еще не думала ускорять шаг.
Я взвинченно семенила рядом, мечтая поскорее нагнать остальных: в толпе было куда безопаснее, чем наедине с древней старухой под палящим взглядом незримых существ, который преследовал нас с того момента, как над головой затрепыхались первые серые ленты. Но Бенгату они, кажется, совершенно не беспокоили.
Чем глубже мы заходили в чащу, тем гуще становились кустарники и теснее жались друг к другу тощие сосны. Листва над головой пропиталась темными красками и вскоре сомкнулась над нами непроницаемым куполом. Нас поглотил полумрак, повеяло морозной сыростью. Насекомые в банке Бенгаты проснулись и заполнили нависшую над нами тишину своим тихим, убаюкивающим жужжанием, а их вспыхнувшие, словно лампочки, хвостики озарили тропу лазурным светом.
– Я не видела раньше таких амев, – удивилась я.
– На твое счастье, – сухо бросила старуха. – Если однажды увидишь их на болотах, то беги со всех ног. Они прилетают лишь к мертвым – полакомиться тающими душами прежде, чем их поглотит вода. Этих, – Бенгата с презрением встряхнула банку так, что она чуть не выскользнула из сморщенных сухих пальцев, – изловили над телом Снорра. Раз они проявили интерес к его душе, то им и освещать ей путь.
Тропа стала шире. За деревьями уже виднелась зеркальная гладь озера, мерцающая в свете амев, заключенных в стеклянные сосуды. Люди толпились у кромки воды, и чем ближе мы подходили, тем яснее среди гомона встревоженных голосов выделялся разъяренный женский крик. Бенгата наконец зашагала быстрее, и я поспешила следом.
– Заткнись! – рычала в лицо Йорна высокая полная женщина. Двое молодых парней с трудом удерживали ее на месте. – Я не желаю ничего слушать! Я хочу видеть, как ветер будет трепать тела чужаков на виселице! Они убили моего сына, а вы как ни в чем не бывало приютили их за своими стенами и посмели притащить сюда?! Ах, а вот и еще одна пожаловала!
Толпа расступилась, пропуская Бенгату. Я увидела Шеонну. Она стояла неподалеку от Йорна и, насупившись, прижимала к груди сосуд с амевой. Свет насекомого прокладывал неровные тени на ее лице, подчеркивая мягкую линию недовольно поджатых губ.
– Еще раз повторяю: ваш сын напал на нас со своими друзьями, – спокойно ответила подруга, но вопль незнакомки заглушил ее ответ.
– Да как ты смеешь! Убила со своей подружкой моего сына, так еще и клевещешь на него и честных людей?!
Женщине удалось вырваться из крепких мужских рук. Оттолкнув с пути Йорна, она кинулась к Шеонне. Подруга отпрыгнула, и в этот момент перед разъяренной матерью возникла Бенгата.
– Угомонись, Грид! – властно вскинув голову, осадила ее старуха. – Никого из чужаков не вздернут только потому, что ты этого желаешь. Истину в их словах и поступках предстоит искать Старейшинам, а не твоему затуманенному потерей разуму.
– Как ты собралась искать истину, если уже давно слепа к очевидным вещам? – зашипела женщина.
