– Или не хотела знать! Ты жила в нашем доме, принимала нашу заботу, ела с нами за одним столом и все равно посмела приютить под нашей крышей зверя, даже не поинтересовавшись, какие опасные тайны он хранит. Ты хорошо поглумилась за нашими спинами? – Парень перевел пылающий взгляд на Эспера. – А ты, небось, наслаждался и ждал, когда в дом явятся убийцы и во сне перережут нам глотки? Но вот только, к твоему несчастью, мы все еще живы!
Шейн вскочил на ноги. Его рука метнулась к кобуре на поясе, но пальцы словили пустоту. Шеонна отодвинулась от брата, предусмотрительно спрятав револьвер.
– А что я должен был делать? Увести Алессу в Чащу? Но разве твой отец не нацепил на нее свой чертов поводок и не бросился бы в погоню за камешком, который не давал ему покоя? Или надо было прийти к вам и все рассказать? И вы, людишки, поверили бы мне на слово и не попытались бы прикончить на месте?
Эспер медленно поднялся на лапы, угрожающе вытянувшись во весь свой внушительный рост, и окинул Шейна безразличным взглядом.
– Не тебе, человек, обвинять меня в том, какие тайны я храню и какой выбор делаю.
– Хватит! – не выдержала Шеонна, встав между братом и зверем.
– Из-за них наш отец мертв! – зло прорычал Шейн в лицо сестре.
– Наш отец помешался на неподвластной ему магии, как в прошлом – его отец. Он радовался, когда Артур не смог открыть двери в Сильм, и держал Алессу словно приманку, прикрываясь добродетельностью, а сам готов был в любую минуту пожертвовать ей. Он ждал, что за кристаллом явятся, – и дождался! Поэтому не смей винить Алессу в его смерти. Не смей винить за тайны и за страх – в первую очередь перед тобой.
Шеонна ткнула брата пальцем в грудь. Шейн зло фыркнул, бросил на меня мимолетный испепеляющий взгляд и, взмахнув полами черного плаща, отошел к берегу ручья, многозначительно повернувшись к нам спиной. Подруга обиженно скрестила руки и плюхнулась обратно на траву.
В очередной раз на поляне воцарилась удушающая тишина. Но, как и прежде, спустя несколько минут Шеонна нарушила ее первой. Поворошив палкой угли, она задумчиво пробормотала:
– Я всегда думала, что шинда – это миф. Кажется, даже Элья никогда в них не верила. Она поведала мне много историй о тамиру, которые не были похожи на те, что хранились в городских библиотеках, и за которые люди могли отрезать ей язык. Но ее сказки о шинда никогда не отличались от тех, что рассказывали горожане своим детям.
Эспер, вновь растянувшийся за моей спиной, назидательно пояснил:
– Люди сложили о нас множество легенд, но мы всегда оставались для вас реальностью. Далекой, загнанной в Чащу, но все же реальностью. Мы всегда были на виду: выли в сердце леса, рысью пробегали на горизонте возле пустынных пашен. Но шинда… Проклятие ведьм заточило их на очень далеких берегах, загнало под землю – и со временем люди стерли их из воспоминаний, превратили в страшную детскую сказку. Но шинда реальны, как и все мы. И все это время они копили свои силы и злость. Однажды я слышал их историю, но отказался поверить словам, произнесенным устами ребенка.
– Но почему они объявились именно сейчас? Как сумели освободиться от ведьмовского проклятия?
– Проклятие больше не имеет над нами власти.
Шеонна удивленно ахнула:
– Так вот почему у вас двоих нет клейма!
– Его нет только у меня, – поправил ее Эспер.
Шеонна недоверчиво нахмурилась и окинула Ария изучающим взглядом. Тамиру деловито расправил плечи, демонстрируя себя, но клеймо так и не проявилось.
– Как давно вы свободны от проклятия? – подруга вновь переключила внимание на Эспера.
– Тринадцать лет.
Шеонна удивленно присвистнула:
– Так долго… – Она задумчиво покачала головой. – А шинда? Зачем им кристалл Алессы?
– Я не знаю, – устало ответил тамиру, уронив массивную голову на лапы. – Поэтому нам и нужны ведьмы: они должны знать больше о чудовищах, которых породили.
– Самоубийство, – подал голос Арий, в очередной раз недовольно насупившись. – Если однажды тебе встретилась ведьма, которая не обезглавила тебя при первой же возможности, это не значит, что в будущем она или ее сестры не воспользуются шансом.
Ночью не спал никто.
Мой сон отпугивали тревожные мысли. Шейн не осмелился сомкнуть глаза в опасной близости от заклятых врагов. Опершись спиной на широкий древесный ствол, он неотрывно следил за Эспером. Зверь же, игнорируя колючие взгляды, мирно дремал за моей спиной. Подражая брату, Арий лениво вытянулся на мягкой траве, положил руки под голову и беспечно закрыл глаза. Шеонна клевала носом у костра, но каждый раз, когда сон пытался овладеть ей, вздрагивала и встревоженно поглядывала на Шейна.
Сквозь яркие всполохи огня, тянущиеся к небу, я любовалась истинными глазами подруги – глазами Зверя, как сказали бы люди. Радужка сияла золотом, в котором плясали маленькие искры, а от по-кошачьи заостренных уголков тянулась призрачная желтоватая дымка. Это выглядело одновременно пугающе и завораживающе.
Будто почувствовав на себе мой зачарованный взгляд, Шеонна повернулась, и я смущенно опустила голову, уставившись на свои руки.
