Надо выбираться. Только как? Стихия не откликается, а меч остался где-то на мостовой. И разбойников больше десятка на нас двоих.
Ал! И как я сразу не подумала его позвать. Лишь бы услышал!
«Алэрин!» – «Трин?» – Он сразу же отозвался, и от облегчения захотелось расплакаться. «Ты где? Почему не откликаешься? Уже час зову! Лотта рядом?»
Значит, нас уже ищут. Пока шла драка, я не заметила захода солнца. Еще и наказание заработала за нарушение дисциплины. Но какие же это пустяки!
«Помоги нам. Пожалуйста. Мы в беде. Нас схватили, связали. Лотта чуть не превратилась в русалку… И стихия не откликается». – «Вы где?» – «Недалеко от центральной улицы. В каком-то проулке. Волокут». – «Что видишь?» – «Дома белые, увитые плющом, фонтан в виде рыбы».
Не знаю, как Ал разобрался в произошедшем и понял, где мы, но больше ничего уточнять не стал. И не медлил.
Через пару минут Алэрин с магистром Нарисом и отрядом Ночной стражи оказались на месте. Разбойники, поняв, что попались, отпустили нас с Лоттой и бросились в бой.
Лотта подползла ко мне, прислонилась к плечу, всхлипнула. Я развязала ей веревки на руках, успокаивая. Она помогла освободиться мне.
И за это время драка закончилась. Трое из напавших сдались, двоих ранили, остальные лежали мертвыми.
Когда надо мной нависла тень, замахнулась для удара, не думая и не мешкая. Ал перехватил руку.
– Хороши! – услышали мы голос магистра Нариса. – Ранены?
– Нет, – прошептала я.
– Поднимайтесь! Алерэ, когти уберите.
– Поздно, все уже видели. Слухи, что в Военно-морской академии учится русалка, поползут по городу, Нарис. Разве что Рэм заклинание наложит… особое, – ехидно заметил Ал.
Я старалась не смотреть ему в глаза. Понимаю же, он злится.
– Магистр Алэрин!
Он обернулся.
– Они поставили защитный полог, нанесли чары невидимости и…
Гвардеец смутился и посмотрел на нас.
– Что?
– Там какая-то мерзость разлита. Мы не подходили, но Гор говорит, она силы тянет. Особенно опасна для магов.
– И мы не почувствовали? – удивился магистр Нарис.
– Так далеко же были от подворотни. У нее радиус действия, судя по всему, маленький.
– Смотрю, самое интересное проходит без меня, – раздался голос Рэма, слевитировавшего с ближайшей крыши. – Что я пропустил?
Тут он заметил меня и Лотту, хмыкнул.
– Без комментариев, – попросил Ал, хмурясь. – Разберешься с заклинаниями?
– Конечно.
– Там разлито какое-то зелье, что силы тянет. Осторожнее.
– Ладно, – беспечно сказал Рэм, исчезая.
Только и мелькнул его черный плащ, растворяясь в ночи.
– Капитан Линд! – позвал Алэрин.
Я прижала Лотту к себе посильнее, погладила по спине, успокаивая. Понимала, чего она боится. Если нечисть нападет, даже защищая себя, ей грозит смерть. И ладно бы не было свидетелей, а тут… Отряд Ночной стражи, пятеро выживших из тех, что разбойничали…
– Я забираю их в академию, Алэрин! – спокойно сказал ректор, кивком показывая на нас. – Разберешься сам?
– Да.
– Если нужна помощь…
– Нет. Справлюсь.
– Марш в академию! Привести себя в порядок и подняться ко мне в кабинет. Ясно?
– Да, магистр, – обреченно сказала я, подхватывая Лотту и радуясь, что никто ее не стал арестовывать.
А с остальным… справимся. Только во что мы ввязались?
– Поднимайся!
Кто-то скинул с меня одеяло, заставляя открыть глаза. После двухчасового разговора с ректором, который меня изрядно вымотал, я выпила успокаивающей настойки и уснула. Лотты еще не было. С ней магистр Нарис жаждал поговорить наедине, велев мне возвращаться в комнату.
Про Ала я в тот момент не вспомнила, поэтому сейчас, когда он скинул плащ и закатывал рукава рубашки, находясь в двух шагах от моей кровати, я застонала. Еще одного нагоняя мне не хватало!
– Слушай, только ты не читай нотаций, пожалуйста. Магистр Нарис уже позволил узнать о себе много нового и интересного.
– Поднимайся, я сказал! – В его голосе слышалась злость.
Странно, что при Ночной страже он вел себя спокойно и невозмутимо. Зато сейчас, похоже, отыграется, выпустит гнев.
Не выполнить приказ Верховного мага Кардоса, а теперь Алэрин вел себя именно так, как требовала его должность, я не могла. Сделала попытку встать, но сил не хватило.
Ал, не церемонясь, поднял рывком.
– Сейчас ты не имеешь никакого права меня наказывать, – прошептала я.
– Да неужели?
– Я позвала тебя. – Я сделала слабую попытку освободиться из его захвата.
– Когда почти умерла?
Рык все же мне, наверное, почудился.
– Алэрин, пожалуйста, не надо.
У меня не оставалось сил, чтобы плакать или сопротивляться, только просить. Даже ненавидеть себя за беспомощность не получалось.
– Поздно просить о пощаде. Каждый раз, когда не будешь звать меня на помощь, я стану тебя наказывать.
– Прости, – прошептала я, вспоминая шипы розы, которые причиняли ему боль.
Он неожиданно подхватил меня на руки, заставив недоумевать, положил на кровать, перевернул на живот и… закатал ночную рубашку так, что руки в ней запутались.
– Алэрин, что ты творишь?
Я ощутила свою беспомощность еще сильнее.
– Пытаюсь успокоиться.
Этот ответ меня дезориентировал. Слишком неожиданный, слишком честный…
