– Лотта, ты не ответила на мой вопрос, – напомнила я, заметив, что подруга витает в облаках.
– Нарис хотел соблюдать приличия. Мол, негоже ректору за курсанткой ухаживать. Держался от меня подальше и думал, что дождется, когда я академию закончу, а потом уже начнет действовать. Веришь – нет, даже собирался со мной договор на свою защиту заключить.
Лотта захихикала, я тоже улыбнулась. Сложно представить бесстрашного главу «волчка», нуждающегося в охране. Но тактику он бы избрал верную. Лотта всегда рядом, никаких кавалеров к ней он не подпустит, а остальное… Сдается, ухаживать ректор умеет. С размахом и шиком. Иначе бы Военно-морская академия не выглядела так по строгому красиво, вызывая чувство зависти глав других учебных академий. Все гобелены, вышивки, картины, изображающие древние битвы добра со злом, изящные светильники создавали какой-то необъяснимый уют, желание сюда вернуться.
Я вспомнила, как ошеломил меня этот замок, когда впервые его увидела. Остроконечные шпили, белые шершавые стены, мозаичные полы… Я чувствовала себя здесь долгожданной гостьей. Или… как будто вернулась домой после разлуки. И все такое… родное, что ли. Только там, откуда сбежала, у меня совсем не оставалось выбора. Работа от зари до заката, постоянные напоминания, кем я являюсь, краска стыда, заливающая щеки… И сколько ни старайся – все не так. Еще был страх… Жуткий, необузданный. Переборола, конечно, но и расплатилась за это сполна.
В «волчке» же… все казалось другим. И отношение тоже иное. Если поступил – достоин. Вечная муштра, тренировки, учеба – от такого, разумеется, никуда не деться. Но я выбрала это сама. И теперь не жаловалась и не плакала, лишь ценила то, что давали. И да, глава Военно-морской академии сыграл в этом немалую роль. Вспомнить только, что он каждый день появлялся среди курсантов, интересуясь их делами и проблемами, и напоминал, что к нему можно прийти в любое время. Все лучше, чем творить глупости. Поэтому и казалось странным его поведение в отношении Лотты.
– Трин, ты сомневаешься в его чувствах ко мне? Но богам нельзя солгать, – заметила подруга.
– Прости, Лотта. Ты мне дорога, и я за тебя переживаю. Ваши отношения такие быстрые, как горный поток.
– И такие же чистые, – усмехнулась подруга.
– Да. Просто неожиданно, что ректор не стал сразу действовать. Мне магистр Нарис казался из тех, кого мало будут волновать традиции, – заметила я, поглядывая на сияющую от счастья Лотту. – Но любовь заставляет робеть и сомневаться даже сильных…
– Ты, конечно, права, Трин. Я тоже Нарису сказала, что он поступил опрометчиво. Только мой жених не хотел, чтобы обо мне кто-то дурно отзывался, поэтому… сразу и заключил помолвку, обещая ухаживать и наверстать упущенное.
– Лотта! Это чудесная новость! – улыбнулась я. – Только я все равно за тебя волнуюсь.
– Ох, Трин! Понимаю. У меня тут проблем будет с этой свадьбой…
– Ты о чем?
– Как отцу-то сказать?
– Время подумать еще есть.
Я обняла счастливую Лотту.
– А что Ал?
Вздохнула и рассказала.
– Может, не будешь себя накручивать? Дай ему шанс, Трин! Знаю, недавно советовала не торопиться… Но время так неумолимо! Ты можешь погибнуть, не испытав счастья быть любимой. Я в той схватке с разбойниками это поняла. И да, твердила, если выживу – признаюсь Нарису в любви, и будь что будет! – Лотта смущенно улыбнулась. – И видишь, как все обернулось. Ал тоже заслуживает попробовать завоевать твое сердце. Только позволь ему это сделать.
– Не могу. Хочу, но все в душе переворачивается… от страха.
– Ты же знаешь, я долго не могла подойти к Нарису, держалась на расстоянии. Ректор же, дистанцию нужно соблюдать, даже с Гансом сошлась, но… Когда мне выпало стать жертвой Морского бога, я поняла, как коротка жизнь. Нужно каждый миг ценить, радоваться, наслаждаться. Просто представь, что Ал умрет…
– Лотта!
– А ты представь… И сразу поймешь, насколько он тебе дорог.
На этом разговор прервался, так как прогудел колокол.
Тренировка утром была ужасной. Целительские снадобья, которые заставил вчера выпить ректор Нарис, действовали безотказно, снимая боль в мышцах и залечивая синяки, но щадить нас преподаватели перестали. Если раньше я думала, будто Ал строг на занятиях, то ошибалась. Когда поймали преступников, преподаватели «волчка», поняв, что уроки Алэрина действенные, стали на него равняться.
На завтрак я не шла, ползла, напоминая побитого краба. Такая же красная, еле передвигающаяся и голодная. Курсанты стонали и ворчливо поминали морскую бездну. Магистр Тара, услышав наши сетования, довольно хмыкнула и напомнила, что магия – это не все. И да, нам нужно больше стараться – осваивать боевые приемы, учиться прикрывать друг друга и узнавать новое.
Я доела омлет, взяла пирог с капустой и заглянула в расписание.
– Медитация, можешь не смотреть, – зевнула Лотта, которой ничто настроения не испортило.
