– Выбирайся! – крикнула она страннику и перевела грозный взгляд на сестер: – А вы не мешайте. Они послы воли Владыки.
Наяды не обрадовались прерыванию своей игры и, обиженно булькнув, юркнули под воду.
Не желая смущать юношу еще больше, Николь и Нери удалились в лагерь.
– И каково это – быть обласканным водой? – хохотнул Рэйден, наблюдая за тем, как Викери, сыпля проклятиями, натягивает одежду на мокрое тело.
– Холодно, – буркнул странник и застегнул пиджак.
Позавтракав последними припасами, что оставались в их сумках, ребята отправились к горному озеру. Бутыль с дыханием Вепара пришлась весьма кстати. Не потребовалось всем поочередно целоваться с Нери, которая за подобную выходку могла как пальцы сломать, так и язык с корнем выдрать. Не похожа она была на остальных сирен, что жаждали лишь низменной страсти и высшей любви.
Тронный зал встретил привычным голубым полумраком. Вепар сидел на своем троне, а Джоанна на ступенях, уперев локти в колени. Заточение в подводном царстве не казалось ей нестерпимой мукой, скорее наоборот… Она вела задушевную беседу с Владыкой Вод, словно уже полсотни лет была ему близкой подругой.
– Расскажи, каким он был в своей первой ипостаси? – с улыбкой поинтересовалась она и бросила на государя теплый взгляд.
– Он? – хмыкнул Вепар и потер острым ногтем подбородок. – Самое подходящее слово – нахальный. Он знал себе цену, что, впрочем, не удивительно с такой-то красотой. Как и его отец, он приходил в мои владения, как в собственный дом, и все мои сирены сходили с ума от его чар. Я не любил его за это. Знаешь, как сложно успокоить этих демониц, когда каждая кричит о желании зачать дитя от юного божества?
Он хрипло рассмеялся, но остановился, когда заметил долгожданных гостей на входе.
– Ребята! – вскрикнула Джоанна и бросилась на шею брата. – Я так переживала!
Рэйден крепко обхватил ее за талию и закружил, оставив напоследок влажный поцелуй на щеке.
– Приятно видеть вас в здравии, – согласился Вепар и поманил гостей пальцем, приглашая подойти ближе к трону.
– Знаешь, не очень-то приятно слышать это от того, кто отправил нас на гибель, – хмыкнул Рэйден.
– И все же вы здесь, – развел руками Владыка Вод. – Стало быть, вы узнали то, что мне нужно.
Нери выплыла вперед и поведала государю все, что они узнали о культе. Вепар внимательно слушал, не перебивал, но с каждой подробностью его лицо становилось все мрачнее. Под конец отчета он уже нервно отбивал ногтями дробь по каменному подлокотнику.
– Я тебя услышал, Раиднери, – произнес он с тяжелым вздохом и потер переносицу. – Можешь отправляться в свою спальню и отдохнуть. Ты хорошо постаралась.
– Все для блага Владыки Вод!
Сирена склонила голову перед Вепаром, повернулась и сделала то же самое для странников, после чего скрылась за дверьми.
Вепар долгое время хранил тяжелое молчание, а затем, хлопнув ладонями, призвал запечатанный кинжал.
– В клинок заложены два самых сильных чувства: ненависть, в которой его ковали, и любовь, в которой закалили, – неторопливо произнес он. – Именно любовь и ненависть заставляют клинок цвести ядовитыми цветами, которые способны убить богов. Поэтому я попрошу вас еще об одной услуге…
– Мы уже выполнили свою часть сделки, Вепар! – разраженно выкрикнул Рэйден. – Отдай нам клинок!
– Клинок в моих руках, и только я решаю, что за него требовать! – Грозный голос разнесся громом по залу, заставив Рэйдена присмиреть.
– И что же ты хочешь, Владыка Вод? – поинтересовалась Джоанна.
– Свободы от его острия. Мне все равно, что вы сделаете с ним: убьете им Мариас или отдадите ей, но я не желаю смерти себе и Мастеру Валюты. Я не стану заставлять вас приносить мне клятву, но попрошу, как старое божество, обращающееся к новым богам, – убедите Мариас не поднимать его против меня и Загана. Мы неповинны в участи Элеттеля и не хотим нести плоды греха, сотворенного Дардариэль.
Рэйден недоверчиво склонил голову.
– Насколько мне известно, ты всегда недолюбливал Загана. Почему же сейчас просишь за него?
– Как боги мы совершали разные поступки, но мы все еще помним, каково быть смертными людьми. Когда мы стали богами, наши благородные черты усилились, но и пороки распалились не меньше. В порыве гнева я топил корабли, а Заган не мог пройти мимо ни одной красавицы, чтобы не оставить своего семени в ее чреве. Но то, что совершила Дардариэль – это преступление против Создателя и Небесной матери. И как бы сильно я ни презирал Загана за его легкомыслие, есть еще одно чувство, что связывает нас уже три тысячи лет, – братская верность.
– Пусть так, – согласился Рэйден. – Я дам тебе свое слово, но и ты дай мне честный ответ.
– И на какой вопрос ты желаешь получить ответ? – ухмыльнулся Высший бог и заинтересованно подался вперед, подперев острый подбородок ладонью.
– Каковы истинные слова проклятия, которые произнесла Дардариэль семьсот лет назад?
Владыка Вод удивленно хлопнул глазами и глубинно расхохотался.
– Минуло столько лет, а ты все еще не нашел покоя, Данталион?
– Не обращайся ко мне так. Я давно позабыл это имя.
– Но прошлое позабыть не смог…
