— Конечно, это немного утрировано и довольно вопиюще — как правило, речь идет о небольших вещах, таких как факт, что величина площади этажей немного превышена. В таких случаях у чиновника есть небольшое маневренное пространство, которое он использует за наличные. Вот так это работает.
— И ты действительно думаешь, что это может быть Марек?
— Думаю, что да. Посмотри на его образ жизни. Ты лучше знаешь, как он живет.
— Да, но я понятия не имею, сколько он зарабатывает.
Роберт пожимает плечами.
— Я тоже. В понедельник мы узнаем больше. У Арне хорошие связи в строительном министерстве, а котел сплетен будет бурлить…
Я снова перечитываю статью и задаюсь вопросом: может я еще больше ошиблась в Мареке, чем думала раньше? Принуждение. Коррупция. Отмывание денег. Это шок. Если это окажется правдой, где-то в следующем году у меня будет бывший, который отбывает многолетний срок в тюрьме.
Работа на последующей неделе преподносит некоторые сюрпризы. Не только Арне подтверждает, что Марек и на самом деле под следствием, но есть и новости, что относятся непосредственно к моей работе. В пятницу Микаэла бросила Арне на стол свое заявление об увольнении, а Лиза объявила, что выходит замуж за своего парня и переезжает в его родной город, где ему предложили очень выгодную работу. А тот, кто живет в Лиссабоне, больше не может работать на «Fischer & Grau». Так что Лиза тоже уходит. Для меня это означает, что в ближайшие месяцы у меня будет не хватать двух штатных единиц. А у Арне сейчас фаза строгой экономии, поэтому он отказывается искать замену сотрудников. Он уверен, что Инга, Сабина и я вполне можем сами справиться.
— Но Сабина приходит только два раза в неделю по четыре часа, — утверждаю я.
Но, понятное дело, дискуссии неуместны, Арне непробиваем. Ситуация с заказами ужасна, как никогда, поэтому он старается работать как можно экономичнее.
— Этого достаточно, по крайней мере, сейчас. Через несколько месяцев, если мы поймем, что это не работает, давайте снова соберемся. Я попрошу коллег работать по примеру Роберта и…
Раздается стук в дверь, и входит Роберт.
— Что со мной? — спрашивает он, переводя взгляд с меня на Арне.
— Ты — яркий пример для всех, — говорит Арне, и я с облегчением выдыхаю.
— О чем речь?
— Мы вынуждены экономить, и я не собираюсь заменять Лизу и Микаэлу, по крайней мере, пока. Если все немного поднапрягутся, то Аллегра, Инга и Сабина смогут справиться втроем.
Арне тяжело вздыхает и проводит рукой по лицу.
— Конечно, вы сможете справиться, — говорит Роберт и ободряюще улыбается.
— Нет. Не без сверхурочных.
— Мы решим это, Аллегра. Я придумаю что-нибудь. И если мы начнем зашиваться и поймем, что не справляемся, то я, вероятно, найму кого-нибудь еще.
Мы еще немного дискутируем, Арне, Роберт и я, но Арне придерживается своего: мы постараемся обойтись меньшим количеством персонала. В будущем господа архитекторы должны будут варить себе кофе сами и, возможно, даже сами печатать то или иное письмо. Как это делает Роберт.
— Аллегра, — заключает Роберт, — пожалуйста, будь так любезна, подожди меня в моем кабинете.
Я киваю и уже через минуту сижу на стуле для посетителей в кабинете Роберта, гадая, чего он от меня хочет. Чего-то, что касается работы? Чего-то личного? Я рассердила его? Мы жарко спорили, и я высказала свою точку зрения более чем ясно — и все же проиграла.
Дверь тихо открывается и снова закрывается. Роберт обходит свой письменный стол, откидывается назад и молча смотрит на меня — он явно в режиме «Дом». Я чувствую, как меня несет в «зону», как нарастает неопределенность. После бесконечной паузы я не могу больше терпеть и тихо откашливаюсь.
— Что я могу сделать для тебя, Роберт?
Вопрос, который подходит как для работы, как и для наших личных отношений.
— Я впечатлен, — говорит он и уважительно улыбается. — Ты была действительно хороша. Убедительная, напористая, жесткая. Я не знал тебя с этой стороны.
— Тем не менее, своего я не добилась.
— Да, возможно. Но Арне кого-нибудь наймет. Когда ситуация с заказами улучшится, что непременно произойдет к лету, он снова наймет длинноногую блондинку. Или даже двоих.
Я молчу. На самом деле все сказано на эту тему. Взгляд, которым оценивает меня Роберт, заставляет покраснеть, и я начинаю беспокойно ерзать на стуле.
— Мне это нравится… — тихо говорит он, и я прикусываю губу.
— Что?
— Я хотел посмотреть, как эта напористая, жарко спорящая, совершенно объективная и волевая Аллегра превращается в эту маленькую, слабую, мягкую, эмоциональную и податливую сабу. Боже, как меня возбуждает наблюдать за этим процессом… — Он усмехается и наклоняется вперед. — Стоит такая вся и отчитывает своего босса по всем правилам искусства, дискутирует, разносит в пух и прах, почти добивается, чтобы Арне начал плясать под ее дудку, а я стою, и все время перед глазами фантастическая картинка. Картинка, изображающая то, как ты сегодня встанешь на колени, связанная, голая и с завязанными глазами, умоляя о моем члене. Этот контраст сводит меня с ума от похоти.
— Роберт, — шепчу я, но он не дает мне закончить.
