Я натянула спортивный костюм, бейсболку, что скрывала мои бинты и выскочила из квартиры. У подъезда уже стояло такси, поэтому я прыгнула на заднее сидение, смирившись с очередным актом позора, что придётся пережить. Всего две недели… Две! Королёв обещал забрать меня сразу после моего совершеннолетия, чтобы уже никто не мог разлучить нас. Но ничего, Мироша вернётся и все решит. Всегда решал.
Всю дорогу мы молчали, мама сжимала в руках сумку, но поджатые губы говорили о крайней степени её решимости. Перед глазами всё плыло, я даже не заметила, как мы остановились у чёрной металлической двери, лишь трель звонка привела меня в чувства. Я стала оборачиваться, пытаясь понять, где мы, и как я очутилась на лестничной площадке незнакомого дома… Но в голове был туман, и лишь спасительные цифры его телефонного номера хаотично вспыхивали перед глазами.
— Добрый день… — раздался мужской голос, как только дверь скрипнула.
— Мог бы быть и добрым. Меня зовут Наталья, и я мать несовершеннолетней девочки, которую совратил, растлил, а потом бросил ваш сын, — мамочка отчеканила это так уверенно и спокойно, а потом улыбнулась, словно её самое заветное желание исполнилось. Терпела, ждала возмездия, желательно позорного и прилюдного. Хотела для него, а плохо и стыдно было мне… Я прижалась спиной к стене, ощущая пристальный взгляд мужчины, но сил пошевелиться не было.
— Проходите, дамы, — отец, а это определенно был его отец, распахнул дверь, впуская нас в просторную светлую квартиру. — Меня зовут Михаил Дмитриевич. Проходи, деточка, не стой в подъезде.
— Не могу сказать, что приятно, — мама взяла меня за руку и втянула в квартиру, позволив захлопнуть за нами дверь. — Но раз уж мы попали в эту сложную ситуацию, то давайте говорить откровенно?
— Отличное предложение, — Михаил Дмитриевич махнул рукой в гостиную, но я не могла сделать ни единого шажочка, растерянно пялясь на спортивную сумку, стоящую в пороге. Отчаянно сжимала дверную ручку, не решаясь и головы поднять в их сторону.
Мама устала дергать меня, махнула рукой и прошла за отцом Мирона. Коридор опустел, а я наконец-то свободно вдохнула. Голова закружилась, но я собралась, чтобы услышать лишь спокойный разговор. Меня передёрнуло от осознания, что их голоса схожи… В них было столько насмешки, досады и какого-то неуместного ехидства, что страшно становилось. Они словно о продаже коровы договаривались, скрупулёзно оценивая тенденции мирового рынка на скот.
