— Моя дочь из приличной семьи, Михаил Дмитриевич, поэтому я пришла просить вас о помощи.
— Признаться, я знал о таинственной связи Мирона, но и помыслить не мог, что его избранницей станет девчонка! — мужчина сбросил маску спокойствия, позволив голосу дрогнуть от расплёскивающегося гнева. — У него другой путь, Наталья, и, к сожалению, ваша дочь не входит в мои планы.
— Вот и превосходно, — мамочка вздохнула с таким облегчением, что мои ноги подкосились от шока. Все надежды на то, что всё ещё может быть хорошо, лопнули. Я опустила голову, пялясь на сумку, что с каждым мгновением становилась такой знакомой и родной… — Потому что у моей дочери тоже другой путь, Михаил Дмитриевич. И я прошу оградить Ольгу от внимания вашего сына, иначе вот…
Так как я стояла в коридоре, то не могла видеть происходящее, но услышала шорох бумаг.
— Ваш сын отправится в тюрьму, Михаил Дмитриевич, я вам это гарантирую! Поэтому в ваших интересах сделать так, чтобы мы большего его не видели. Не стоит испытывать моё терпение. Хватит измываться над моей дочерью, ей сейчас об учебе нужно думать! Вступительные на носу, а ваш этот… Королёв все портит.
— А с этим проблем не будет, Наталья, — мужчина усмехнулся. — Мирон у меня такой ветреный, рассеянный… Он, наверняка, забыл рассказать, что женится? Да, мы дали ему погулять, повеселиться и насладиться вольной жизнью, но срок вышел.
— Как это женится? — голос мамочки изменился, пропал звон решительности, она будто растерялась вовсе.
— Да, свадьба на днях, а после они с женой улетают в Штаты и уже вряд ли вернутся обратно. Жизнь, знаете ли, там другая… Вольная, красивая, успешная. Нечего им здесь делать, пусть там плодятся и размножаются. Ему самое время меня внуками одаривать, породистыми, красивыми и счастливыми.
— А когда он вернётся? — мама подобралась, скрипнуло кресло и стукнули каблучки её туфель.
— Он уже неделю как дома. Сумку вон в пороге до сих пор не разобрал…
Дальше я уже ничего не слышала… Ноги сами несли меня прочь из этого дома. Прочь… Бежать…
Картинка синей спортивной сумки вспышкой пронеслась в памяти. Это его сумка! Его!
Выбежала на улицу, бросилась к таксисту, что остался нас ждать.
— Дайте позвонить? Умоляю! Умоляю!
Мужчина так испугался, что выронил окурок прямо себе на штаны, а пока он пытался предотвратить возгорание, я схватила его телефон с приборной панели и набрала заветные одиннадцать цифр…
— Алло… — пропел ласковый женский голос. — Кто это?
