– Я думаю, всё будет в порядке, – сказал Тёма. И сам заметил, насколько неубедительно это звучит. – Чтобы появилось столько барьеров, что мы все умрем с голоду, нужно много времени… Видите, они даже не каждый день появляются…
– Конечно, – сказала Таня и злобно посмотрела на Николь, как будто это из-за неё появлялись барьеры. – А пока они появляются, мы что-нибудь придумаем. Обязательно!
– Да я просто прочитала, что тут написано, – сказала Николь.
Было уже больше двенадцати, когда наконец-то хлопнула входная дверь и мама поднялась по лестнице наверх.
– Ничего не получилось, – сказала она, покачнувшись, когда на ней повисли Таня и Нина.
Все ахнули. Тёма понял, что до этого момента не беспокоился всерьёз, потому что был уверен, что они просто передадут папе карту и всё починится. На него опять накатило чувство нереальности происходящего, как бывает, когда случается что-то неприятное. Когда не можешь поверить в то, что оно действительно случилось, и пытаешься убедить себя, что всё ещё нормально. В глубине души знаешь, что, на самом деле, уже нет, но пытаешься заглушить это чувство.
– Мы попробовали раз десять. Эти барьеры идут не только в пространстве, но и во времени, – сказала мама. – То есть они точно так же отгораживают от нас субботу, где сейчас Рональд, как и ту часть Города, где живёт мама Николь.
Нина налила маме чаю, и она стала рассказывать дальше. Отправиться во время примерно, с точностью до пары дней, можно и самому. Но если нужно попасть в конкретный момент, то необходим напарник. Он выставляет время на специальном аппарате, а выставлять его нужно, когда переход уже начался. Кроме того, напарник вытаскивает путешественника во времени обратно, если что-то пошло не так. И вот в этот раз всё постоянно шло не так. Ооскар как будто упирался в стену, не доходя до прошлой субботы, и ей приходилось его вытаскивать. Тёма подумал, что этот Ооскар на вид довольно тяжёлый, и мама, наверно, очень устала его вытаскивать.
– Нам надо сходить в магазин, – сказала мама. – И мы договорились с Ооскаром, что попробуем ещё… Он считает, что временные барьеры идут по-другому, чем пространственные, поэтому если мы попробуем выйти на связь из другой точки, то может получиться.
– О, может, правда получится, – сказал Тёма.
– Мам, – пискнула Нина. – А я тут слышала… что нам скоро будет нечего есть…
– Это ты от кого такое слышала? – спросила мама, грозно посмотрев на Тёму. Он уже собрался возмутиться, но его опередила Николь.
– Это я прочитала в интернете, – сказала Николь. – Что это будет как блокада Ленинграда. Вы думаете, это неправда?
– Я думаю, – сказала мама, аккуратно подбирая слова, – что ситуация в целом не очень приятная. Но я совершенно уверена, что у кого-нибудь получится всё поправить до того, как нам станет нечего есть. Ведь не только мы пытаемся что-то сделать. Экипаж самой Машины изо всех сил ищет поломку. Есть ещё люди из Института времени в Игаунии, и вообще много где. Эти барьеры идут по всему миру… И ещё я думаю, что главное – сохранять спокойствие. То есть если мы сейчас начнём переживать, что нам будет нечего есть и что это будет как блокада Ленинграда, то единственное, чего мы добьёмся, – что есть захочется ещё сильнее. Поэтому давайте успокоимся, сходим в магазин, после этого вы сами пообедаете, а я поеду к Ооскару.
Тёма первый раз вышел на улицу после объявления чрезвычайной ситуации. Мама забронировала маленькую ярко-синюю машинку. Вместо ключей у неё была кнопка. Тёма сел на переднее сиденье, а Николь, Таня и Нина – сзади, и мама проверила у всех, хорошо ли они пристегнулись.
– Сейчас всюду стоят патрули, – объяснила она. – Проверяют скорость и хорошо ли все пристёгнуты.
Они выкатились на улицу и сразу заметили, как вокруг необычно пустынно и тихо. Редкие машины ехали медленнее, чем обычно ездят электрические самокаты, а некоторые – даже медленнее, чем ходят люди. Небо было серым, воздух с мелким дождём тоже был серым, влажный асфальт отражал серое небо и серый воздух, листья уже поблёкли. Под этим серым небом по серому асфальту медленно и, видимо, от этого тише обычного проезжали машины.
– Так даже не в каждом сне бывает, – сказала Таня.
Вместо пяти минут ехали почти двадцать. Вокруг торгового центра ещё медленнее, чем все остальные, ездила машина с приделанными мегафонами.
– Внимание! Внимание! – кричали мегафоны. – Объявлена чрезвычайная ситуация! Пожалуйста, по возможности оставайтесь дома. Использование личного транспорта возможно только в силу рабочей необходимости и при наличии разрешения. Использование общественного транспорта ограничено. Льготы временно заблокированы. Скорость не должна превышать двадцать километров в час. Спасибо за понимание! По возможности не садитесь за руль! Учебные заведения закрыты! Публичные мероприятия отменяются! Пожалуйста, оставайтесь дома!