– Садись, дорогой. Позволь я налью тебе бокал вина.
– Я буду воду, – натянуто отвечает Гидеон.
Когда мы все расселись, над столом повисает неловкая тишина. Братья Ройал сидят с самым хмурым видом. Каллум наблюдает за ними, на его лице читается разочарование.
А чего он ожидал? Его сыновья почти не говорят с ним с того дня, когда было объявлено о ребенке. Я вижу, как кривятся от отвращения близнецы всякий раз, когда Брук сверкает своим бриллиантом. Истон – чаще пьяный, чем трезвый. Гидеона, судя по всему, можно затащить домой только силой. А Рид переспал с подружкой Каллума два или три, а может быть, и сотню раз.
Так что действительно Каллум сошел с ума, если рассчитывает, что счастливый ужин большой семьи не окажется самой настоящей катастрофой.
– Большое спасибо за приглашение, – щебечет Дина Каллуму. – Я уже вечность не бывала в вашем королевском дворце.
Желчь в ее словах показывает, что на самом деле Дину беспокоит, почему ее сюда не приглашают. Сегодня она выглядит очень красивой, даже несмотря на яд в зеленых глазах. Ее золотистые волосы убраны в высокую прическу, в ушах серьги с бриллиантами. Она в белом платье с глубоким треугольным вырезом, демонстрирующим не только ее загар, но и зону декольте.
Я вижу, чем она привлекла моего отца. Дина похожа на сексуального ангела. Интересно, сколько времени прошло, прежде чем он понял, что на самом деле она – дьявол?
Каллум, должно быть, нанял специальных работников для обслуживания ужина, потому что на террасе появляются три незнакомых мне женщины, одетых в униформу, и начинают подавать блюда. Я чувствую себя неловко, приходится удерживаться от того, чтобы не вскочить и не начать помогать.
Наконец мы приступаем к еде. Я не различаю вкуса, а просто кладу пищу в рот вилка за вилкой. Если честно, я стараюсь, чтобы меня не вырвало. Брук без умолку болтает про нового малыша Ройала, и меня тошнит.
– Если это будет мальчик, то я хочу, чтобы его второе имя было Эмерсон, в честь отца Каллума, упокой Господь его душу, – говорит Брук Дине. – Каллум Эмерсон Ройал Второй, по-моему, неплохо звучит, да?
Она хочет назвать ребенка Каллумом? «Почему не Ридом?» – хочется язвительно спросить мне. Я крепко сжимаю стакан с водой: мысль о том, что биологическим отцом ребенка действительно может быть Рид, вызывает во мне прилив ярости. И тошноты. И вообще, уже само по себе это просто отвратительно.
Рид утверждает, что последний раз он был с Брук шесть месяцев назад, а у нее явно не такой большой срок. Может, у них и правда
Может, они говорят правду?
– Элла!
Я поднимаю голову и вижу, что Каллум внимательно смотрит на меня.
– Простите, что?
– Брук задала тебе вопрос, – подсказывает он.
Я с неохотой перевожу взгляд на Брук, которая подмигивает мне.
– Я спросила, не хочешь ли ты предложить имя для девочки?
– Нет, – бормочу я. – У меня плохо с именами.
– Мальчики, – спрашивает она братьев, – у вас есть идеи?
Все как один молчат. Близнецы притворяются, что слишком заняты едой, а Рид, Гидеон и Истон в открытую игнорируют ее.
Так как я единственная, кто принимает участие в разговоре – если шесть жалких слов можно назвать участием, – то внимание старших сосредоточивается исключительно на мне.
– Я огорчена, что ты не бываешь в нашем пентхаусе, – говорит Дина. – Мне очень хочется получше узнать дочь своего мужа.
Она произносит слово «дочь» так, словно это ругательство. Лицо Каллума напрягается, но губы остаются плотно сжатыми.
– Меня не приглашали, – я пытаюсь придерживаться такого же холодного тона.
Взгляд Дины темнеет.
– Тебе не нужно приглашение, – сладким голосом говорит она. – Пентхаус наполовину принадлежит тебе, не забыла?
– Наверное.
Она лишь пожимает плечами на мое хмурое выражение лица и поворачивается к Гидеону.
– Как дела в колледже, дорогой? Мы не виделись целую вечность. Расскажи мне обо всем.
– В колледже все отлично, – коротко отвечает он.
– Скоро у тебя будут соревнования по плаванию? – Дина проводит пальцами по ножке своего бокала. – По-моему, Брук мне что-то говорила.
В челюсти Гидеона дергается мускул, и он отвечает:
– Да, верно.
В разговор вступает Брук, ее глаза весело поблескивают.
– Может, нам следует поехать и поболеть за него? Как считаешь, Каллум?
– А?.. Да. Это… отличная мысль.
Рид тихо фыркает.
Каллум бросает на него предостерегающий взгляд.
Сейчас я ненавижу всех, кто сидит за столом.
Напряжение растет, и вот я уже чувствую, как стены сжимаются и душат меня. Я не выдержу. Что мне делать?
– Как бы мне хотелось, чтобы ты знала своего отца! – говорит Дина. – Стив был… масштабной личностью. И преданным. Очень преданным. Правда, Каллум?
Каллум кивает и наливает себе очередной бокал вина. Я уверена, что это уже вторая бутылка. Брук из-за беременности пьет газированную воду.
– Лучше людей я не встречал, – заплетающимся языком говорит Каллум.
