– К сожалению, сейчас у меня других забот хватает, – признался озабоченно Рюрик. – Так что с походом туда придется повременить. А по поводу твоих воинов…
Но закончить фразу помешало появление старшины селища Тереха, сообщившего о ладье с домовиной Трувора. Сопровождавший тело младшего брата Рюрика варяжский десятник был свидетелем его гибели и подробно рассказал о случившемся рускому князю.
«Что-то слишком дорого мне обходится словенское княжение, – подумал с горечью Рюрик, осматривая залитое медом тело брата. – А нашей матери – и подавно…»
Вспомнив об Умиле, князь понял, что не сможет объяснить матери свое отсутствие на похоронах ее младшего сына и решил сам доставить тело Трувора в Ладогу. Вернулся он оттуда в конце лета, когда Анадраг уже достроил усадьбу на месте сожженного Словенска. Там Рюрик и поселился вместе с матерью, как-то сразу постаревшей после смерти Трувора.
Выстроенная Анадрагом усадьба мало чем напоминала прежний Словенск, но уехавшая отсюда пятнадцатилетней девчонкой Умила была рада вновь увидеть родные места. Сыну показалось, что, встречаясь с подругами из далекого детства, она хоть ненадолго забывала о смертях сыновей.
Руский князь редко бывал в усадьбе, занятый постройкой новой крепости, где он и принимал приезжавших словенских сударов и наместников. Там Рюрик встретился и со Светославом, приехавшим доложить о делах в землях кривичей.
– После гибели твоего брата мы с Аскольдом преследовали бежавших сторонников Смоляна до Двины, – сразу начал свой рассказ псковский посадник. – Не догнав, я оставил там сотню воинов во главе с Вагуем. Так что вернуться назад беглецы не смогут. К тому же тамошние старшины кривичей обещали их не поддерживать.
– Ты считаешь, им можно доверять? – поинтересовался Рюрик, озабоченный расходами на содержание еще одной сотни воинов. – И признавали ли они раньше власть изборского князя?
– Из опасения набегов соседей зелонов тамошние кривичи всегда исправно платили подати, так что обманывать им нет резона. А для надежности я и оставил там Вагуя.
– Ладно, но расплачиваться с воинами тебе придется, рассчитывая на собранные в землях кривичей подати. Несмотря на женитьбу на дочери Буревая, я решил назначить тебя наместником в их землях.
Рюрик просто не знал, кому, кроме Светослава, мог доверить такое непростое дело. С землями кривичей граничили не только союзные Смоляну зелоны, но и чудские племена. И женатому на внучке Лютши наместнику будет проще добиваться помощи от кривичей для усмирения беспокойных соседей.
– Спасибо за доверие! – искренне поблагодарил Светослав. – Но только своими средствами мне пока не обойтись.
– Хорошо, учту, – поспешил успокоить его князь. – Пойдем, посмотришь строящуюся крепость, может, чего-нибудь подскажешь.
Когда они поднялись на вал, Светослав похвалил выбранное для крепости место, всматриваясь в синеющее вдали озеро Ильмень.
– А на том берегу что будет? – указал он рукой на другой берег Волхова.
– Там криве Дабор строит святилище Перуна[103]. Не хочу раздражать словен, почитающих Велеса, поэтому и попросил его обосноваться на противоположном берегу.
Глава первая
– Пора вставать! – крикнула Беляна мужу, заглянув в спальню. – Стол накрыт, и греть еду я больше не буду.
Дир сразу почувствовал недовольство жены вчерашним застольем с жупанами, после которого он даже не помнил, как добрался до постели.
«Надо было остановиться, – корил себя куявский князь, надевая шелковый халат. – Да разве Милана и Радослава угомонишь. Давай еще выпьем, давно не виделись…»
Войдя в трапезную, Дир уселся во главе стола, за которым уже находилась вся семья: старуха мать, жена и две дочери. Место по правую руку напомнило о погибшем в прошлом году в стычке с сиверами сыне, и есть князю окончательно расхотелось.
Выпив кваса, он поблагодарил жену и пошел одеваться, чтобы идти в приказную избу, где уже, наверное, его ждал тиун Борич. Из-за неожиданного приезда куявских жупанов князю пришлось отложить осмотр привезенных из Херсона товаров.
Но по пути Диру встретился воевода Вышан, доложивший о приближении к городу с верховий Днепра трех десятков ладей. Стояла осень, когда торговые караваны плыли в обратную сторону, и куявский князь приказал усилить охрану на стенах крепости.
– Если что, я в приказной избе или на складах.