Как не похожи они, мои товарищи по экипажу, друг на друга. Но все одинаково знают и любят вверенную нам машину, умело и хладнокровно действуют в любой обстановке, могут положиться один на другого всегда и во всем. Их объединяет любовь к Родине, верность воинскому долгу.
Трое из нас — члены ВКП(б), один — кандидат в члены партии. Так что и на этот раз собрался великолепный экипаж, которым мы с Петром Яковлевичем были очень довольны. С должным основанием командир роты считал действия их и членов экипажа Дмитрия Мамонтова эталоном для других танкистов.
В свои только что исполнившиеся двадцать лет я и в нынешнем экипаже был самым молодым, однако к этому времени имел определенный опыт, мог заменить любого из своих товарищей и чувствовал себя вполне уверенно. Да и не возраст в армии определяет старшинство.
Из прежних командиров взводов и экипажей в роте остались только мы со старшим лейтенантом Мамонтовым. В Латвии за успешный многодневный бой экипажа в находящемся на нейтральной полосе неподвижном танке Дмитрий Мамонтов был награжден орденом Красного Знамени. О подвиге танкистов сообщила фронтовая газета. В общем, авторитет Мамонтова в полку значительно вырос, и он заслуженно стал командиром взвода. Молодой офицер горячо и как-то особенно нежно любил своих родителей — школьных учителей на Сумщине, брата — военного летчика и сестер, старшая из которых, разведчица, пала в борьбе с врагом. С тем же проникновенным чувством относился и к товарищам по оружию.
Заместителем командира 4-й роты по технической части остался техник-лейтенант Иван Котельников. Это был исключительно храбрый, энергичный и, как никто из нас, тактически грамотный офицер. Не случайно он впоследствии заменил погибшего в бою капитана Игленкова.
В командование полком вступил подполковник И. В. Гилев. Начало войны застало его на Дальнем Востоке. Но уже в ноябре 1941 года командир взвода старший лейтенант Иван Гилев в районе Подольска принял боевое крещение. Стал кавалером ордена Ленина. Наш новый батя оказался хорошим человеком и командиром. Его, помимо штатных заместителей, удачно дополняли начальник штаба майор А. О. Рудзит и парторг полка капитан И. Н. Чивирев.
Следует сказать, что у нас всегда уделялось большое внимание подбору состава экипажей с обязательным учетом боевого опыта, профессионального мастерства и индивидуальных особенностей танкистов, то есть делалось все возможное для обеспечения психологической совместимости тех, кому предстояло идти в бой единой небольшой семьей.
После закрепления экипажей за машинами сразу же началось сколачивание подразделений. Занялись выверкой оружия и изучением имевшегося опыта боевого применения и технической эксплуатации танков ИС. В широком комплексе подготовительных мероприятий принимал участие весь личный состав. Тон, как и всегда, задавали коммунисты, число которых, несмотря на неизбежные на войне людские потери, неизменно росло. Если во время формирования, в ноябре 1942 года, в полку было 16 членов и 13 кандидатов в члены партии, то летом 1944 года их соответственно стало 47 и 44. Трудно переоценить и роль не поддающейся количественной оценке, но имеющей исключительное значение в формировании высоких морально-боевых качеств личного состава умело организованной партийно-политической работы и, в частности, хорошо подготовленных партийных и комсомольских собраний, выступлений ветеранов полка перед молодыми воинами.
Подготовительные мероприятия и сборы были сравнительно недолгими. И вот поступил приказ следовать на погрузку в эшелоны. Его ждали. Прощальный взгляд в сторону лагерей — придется ли побывать в этих местах еще раз?
Забегая вперед, скажу, что больше не пришлось: фронт ушел далеко на запад, и последующие пополнения полка осуществлялись без вывода его из состава действующей армии. Побывали через тридцать с лишним лет, когда несколько наших товарищей ехали через эти места в город Конотоп на традиционную встречу однополчан по случаю Праздника Победы.
Через знакомые и незнакомые, заметно ожившие и начавшие возрождаться места эшелон спешит на запад. Без особых приключений прибыли на 1-й Украинский фронт. Выгружались под вечер девятнадцатого декабря в прифронтовом старинном польском городке Тарнобжеге с узкими, мощенными брусчаткой улицами. Сразу же после выгрузки последовали в назначенный район. Недостаточно опытным механикам-водителям трудно было вести танки на больших скоростях за машинами командиров подразделений, управляемыми бывалыми специалистами, и не раз приходилось видеть, как на перекрестке незадачливый механик, выскочив на тротуар и едва не въехав в витрину пустующего магазина, сдавал назад для разворота.
Через полноводную холодную красавицу Вислу переправились по добротному широкому деревянному мосту, надежно охраняемому нашими истребителями и зенитчиками.
