Ночи в Мордовии глубокие, как голоса эрзянских и мокшанских женщин. Крупные звезды рассыпаны совсем близко к земле, будто уставшая тейтерь[3] стянула с волос праздничный убор да растеряла ракушки каури и бусины. Вот светит Каргонь Ки — Млечный Путь, застыв в изгибе крыла гигантской птицы. Глядеть бы не наглядеться. Если в такую ночь спросишь сырькай[4], кто там наверху машет звездным крылом, она помолчит, а потом расскажет. И пока рассказывает, не заметит, как запоет…
Было время, когда времени не было,и земли тоже, и неба, и воды, и света,а были только Хаос и Тьма.Однажды Тьма объяла Хаос, а Хаос поглотил Тьму,и породили они Великую птицу Иненармунь.Лебедем ли она звалась, уткой ли, гусем ли —теперь уж не припомнить.Да только умела она и плавать, и ходить, и летать.Долго блуждала Иненармунь в пустоте, пока не снесла яйцо.И устремилось яйцо в бездну.Иненармунь в ужасе великом бросилась за ним —то ли полетела, то ли пошла, то ли поплыла.Яркой кометой мчалось яйцо, освещая ей путь.Вот уже догнала Великая птица детище свое,вот уже почти схватила,но лишь коснулась она скорлупы,как яйцо разбилось.И свершилось мироздание:из скорлупы сделалось небо со звездами — Менель,из желтка родилась земля — Модамастор,из белка — Иневедь, бескрайний океан.Не успела опомниться Иненармунь,как пронзили сушу гигантские корни.То выросла Великая береза — Мировое дерево.Могучий ствол подпер пышную крону,ветви вознеслись к небу,потерявшись в звездах.На том древе нашла пристанище Иненармуньи свила в ветвях гнездо.Трех сестер породила Великая птица:богиню воды — Ведяву,богиню леса — Виряву,богиню полей — Паксяву[5].Следом иные божества народились,и заселили они Верхний мир —тот, что в ветвях Великой березы.Из других яиц вышли твари живые,а из последнего — народы людские.И разошлись они по Среднему миру,что вокруг ствола Великой березы.Начали твари и люди умирать,и не осталось мертвым места среди живых.Ушли они в Нижний мир,мир предков, что в корнях Великой березы.И жили они там, как и прежде,тем же делом кормясь.Так потекло Время —от корней, где прошлое,к ветвям, где будущее.На стыке тех миров,вокруг ствола Великой березы,живем мы.Поглядит на тебя сырькай, и побегут от ее губ морщинки-веточки. Покачает она головой и добавит: «Есть в Мировом дереве варя — то ли червоточина, то ли дупло. Можно, говорят, человеку по той червоточине пройти в другие миры. Кто-то возвращается, а кто-то остается, не найдя пути назад.
И те и другие — избранные».
<p>Глава 2. Дубовый сын</p>Тремя годами ранее
Илья
