Эти самые кирпичи Векша сушил в горне. Хворост для этого дела кузнец собирал сам, мотивируя тем, что в лесу ему одному проще. Да и хвороста он приносил больше, чем любой другой. В общем, с грехом пополам дело сдвинулось с мертвой точки. Высушенный кирпич приятели складывали под навес, на старые доски. Беломир вообще не понимал, почему, проживая рядом с лесом, местные даже не пытаются использовать дерево для строительства.
Но все оказалось просто. Векша вскоре поведал парню, что на местной жаре древесина быстро высыхает до звона и становится пожароопасной. А саман, хоть и боится сырости, огонь переносит спокойно. Тем более что крыши у местных хат покрывались соломой. Так что это тоже была своего рода страховка от пожара. Даже вспыхнув, солома быстро прогорает, и все остальное строение остается целым.
Перестелить новую крышу гораздо проще, чем возводить дом заново. В общем, во всем имелось свое рациональное зерно. Так что Беломир в очередной раз вывел для себя формулу – поменьше говорить и побольше слушать. Но зарубку в памяти себе сделал, решив попробовать сделать еще и черепицу. Штука тяжелая, но крепкая и огня не боится. Главное, правильно сделать форму для формовки глины.
В общем, методично перетаптываясь в корыте с глиной, он старательно размышлял о последовательности внедрения своих задумок. От умных мыслей его отвлек пронзительный женский крик:
– Хазары-ы!!!
Вздрогнув, Беломир поскользнулся на глине и, грохнувшись на землю, в голос выругался:
– Твою мать, тут война, а я уставший.
Занимаясь кирпичом, он носил с собой только кинжал, оставляя все оружие и кольчугу дома, так что это нападение застало его врасплох. Подскочив к специально приготовленному ведру, парень быстро вымыл ноги и, навертев портянки, обулся. Теперь он, по крайней мере, мог не опасаться за подошвы. Острых камней и всяких колючек на улицах хватало. Как ни крути, а станица находилась почти в предгорьях. А в драке поврежденная нога может стать той самой малостью, что приведет к гибели.
Из кузни вывалился Векша и, быстро оглядевшись, бросился к сараю. Подхватив с земли старую оглоблю, кузнец, не раздумывая, ринулся на улицу.
Понимая, что ничего другого ему не остается, Беломир поспешил следом с кинжалом в руке. Но едва только парень успел подскочить к тыну, как на улице зазвучал топот копыт и к плетню вылетели два всадника.
Стремительно развернувшись, Векша взмахнул своим оружием, и оглобля, гулко прогудев в воздухе, просто вынесла первого всадника из седла. Понимая, что кинжалом от сабли не отмахнешься, Беломир разогнался и, вскочив на плетень, прыгнул на круп коня второго всадника. Благо тот, остановившись, пытался решить, как подступиться к неожиданному противнику с непривычным оружием. Кинжал с хрустом вошел степняку в бок, и Беломир, выбросив его из седла, спрыгнул следом.
– Коня лови, – скомандовал он кузнецу, наклоняясь над своим противником.
Отерев кинжал, парень сунул его в ножны и выдернул из руки степняка саблю. «Не самое лучшее оружие, но для одного боя хватит», – мелькнула мысль. К огромному сожалению Беломира, оба хазара не имели при себе пик. Это оружие в свое время неожиданно понравилось ему. Особенно при столкновении с кавалерией. Он уже примеривался к щиту, когда рядом снова загрохотали копыта, и парень, не раздумывая, ушел в кувырок, послушавшись своей чуйки, взвывшей словно проклятая душа.
В то место, где он только что стоял, вонзилась стрела. Вскочив, Беломир бросился на очередного всадника, торопясь сократить дистанцию, чтобы не дать ему снова воспользоваться луком. Векша, послушно выполняя команду, в этот момент заводил трофейных коней во двор, так что за него парень не беспокоился. Сообразив, что выстрелить уже не успевает, степняк бросил лук и выхватил саблю. Набегая, Кречет с ходу рубанул его по колену и, тут же проскочив под шеей лошади, обратным ударом зацепил степняка по локтю правой руки.
Ахнув, хазарин по привычке толкнул коня пятками, чтобы разорвать дистанцию, но раненая нога подвела. В итоге лошадь вместо того, чтобы двинуться вперед, просто начала разворачиваться, невольно подставив спину всадника под удар. Этим Беломир и воспользовался. Подпрыгнув, он изо всех сил рубанул степняка по спине, разрубая кожаный доспех. Захрипев, тот начал заваливаться вбок, и парень поспешил доделать начатое.
Раненые и пленные ему были не нужны. Тут самому жить негде, еще и с пленниками возиться. С этой мыслью парень подхватил вторую саблю и поспешил дальше. Очередная пара налетчиков выскочила из-за поворота, и Беломир, быстро осмотревшись, отступил в какой-то закуток, встав так, чтобы напасть на него можно было только спереди и по одному. Степняки – это прежде всего всадники, и сражаться пешими они просто толком не умеют.
