— Трудно сказать. Но мне кажется, ее вела другая сила, значительно более мощная, чем страх, ведь, согласись, хорошенькой девочке в пятнадцать лет самой уйти в мир, где повсюду царит насилие, — это уже поступок, даже если за этим стоит несчастная любовь. Я, как женщина, понимаю ее чувства, побудившие сделать первый шаг, однако склонна думать, что основная причина кроется все же в духовной сфере. Очевидно, ей по замыслу свыше была уготована особая роль, несравнимо более важная, чем спасение Алексея Шубина. Знаешь, как в Евангелии от Фомы Иисус ответил на требование Петра, чтобы Мария покинула их, «поскольку женщины не достойны жизни»? Иисус сказал: «Смотрите, я направлю ее, дабы сделать ее мужчиной, чтобы она также стала
— Послушай, — вдруг сказал Сергей Михайлович. — Господи, у меня прямо мороз по коже пошел… Я, как ты знаешь, не историк, а лингвист. У меня в голове постоянно крутятся все эти тамплиеры, священный Грааль, священное женское начало, Мария Магдалина… А знаешь ли ты, что прозвище
Кроме того, если Мария Магдалина — это Мария «из высокого храма», то это может указывать не просто на ее высокое происхождение, но происхождение, связанное с высокой духовностью, даже божественностью, а ее отношения с Иисусом могут трактоваться как «hieros gamos» — священный брак в его древней трактовке — между «королем, который представляет Бога», и «жрицей, которая представляет Богиню храма». Само имя ее — прямая подсказка на Божественный союз Иисуса и Марии…
После чая, который плавно перешел в обед, Сергея Михайловича вдруг осенило.
— Послушай, ты говорила, что не в первый раз в Киеве. А тебе приходилось раньше бывать в Кирилловской церкви — одном из древнейших храмов, сохранившихся со времен Киевской Руси? — спросил он Анну Николаевну.
Шувалова отрицательно покачала головой.
— Нет? Тогда давай съездим прямо сейчас. Я думаю, нет, я абсолютно уверен: ты будешь просто в восторге.
По дороге Трубецкой взял на себя роль гида.
— Кирилловская церковь была построена в середине XII века черниговским князем Всеволодом Ольговичем и его женой Марией Мстиславовной. Сам-то князь только начал строительство, построил деревянную церковь, а уже после его смерти Мария Мстиславовна возвела каменный храм с целью создать там семейную усыпальницу. Ныне эта церковь знаменита не только тем, что в ней, по преданию, были похоронены несколько князей, и даже не тем, что под ней была обнаружена система пещер с древними захоронениями наподобие лаврских. Наиболее же известным фактом является то, что в конце XIX века после масштабной реконструкции ее расписывал сам Михаил Александрович Врубель, тогда еще молодой художник. И не просто расписывал — там имеется несколько выдающихся его работ. Я хочу, чтобы ты их увидела.
Имя Врубеля, одного из гениальных русских художников, судьба которого была тесно связана и с Санкт-Петербургом, где он учился в Академии художеств, и с Москвой, где он долго жил и работал, и с Киевом, где он создал свои величайшие произведения, произвело впечатление на его собеседницу.
— Врубель как-то сказал: «Какой же прекрасный, однако, Киев! Я очень люблю Киев. Сожалею, что тут не живу…» — продолжал Трубецкой. — Здесь он начал писать своего «Демона». Представляешь, какая мистическая судьба у этого художника: именно в Киеве, вновь посещая Кирилловскую церковь в 1902 году, он произнес пророческие слова: «Вот к чему мне стоило бы вернуться…» — и через некоторое время оказался в больнице для душевнобольных…
— Что ты имеешь в виду? — переспросила Анна. — Я как-то не вижу связи…
Они подъехали к церкви и вышли из машины.
