А что творилось рядом с нами на берегу! Местные жители — женщины, старики, подростки — рушили свои сараи, заборы, снимали с петель ворота и вместе с бойцами тащили их к реке. Один старик в моем присутствии подошел к хате, ударил топором по раме, выбил ее и крикнул красноармейцам:
— Давай, ребята, разбирай ее!
Николай Михайлович Хлебников сказал ему:
— Ты что же, отец, чужими хатами распоряжаешься?
— Это не чужая, а моя. Гоните только их поскорее да подальше, а деревню мы отстроим!
Вмиг бойцы растащили его хату по бревнышку и вместе со стариком побежали к реке. Примеру старика последовали и другие жители села, предложив гвардейцам разбирать их избы.
В 1969 году, когда я был на торжествах по случаю 25-летия освобождения Полоцка, специально попросил свозить меня в ту деревню. Старика уже не было в живых, но слова его сбылись — стояла на берегу реки красавица деревня. Один дом лучше другого.
Итак, переправа шла полным ходом, а противник оказывал слабое сопротивление, авиации же его не было и вовсе. Неужели гитлеровцы не знают, что мы подошли к реке, думал я тогда и все посматривал наверх, но там только наши «ястребки» чертили и чертили небо, прикрывая переправу. Представитель 3-й воздушной армии, который был с нами, сказал:
— Очевидно, противник задействовал свою авиацию в районе Витебска и у него не хватает сил…
Вдруг мы увидели, что метрах в 700–800 от уреза воды, куда вышел наш передовой отряд — учебный батальон капитана И. II. Украдыженко, показалась вражеская цепь. Фашисты шли в атаку, намереваясь сбросить батальон в воду. Батальон же еще не полностью переправился и, находясь под обрывом, не видел противника. Ему на помощь поспешил командир 201-го гвардейского стрелкового полка подполковник Иноземцев со своими подразделениями, и гитлеровцы, не выдержав удара, отошли. Я приказал командиру 67-й гвардейской стрелковой дивизии генералу А. И. Баксову переправиться на тот берег и взять управление в свои руки, а мы поехали на участок 23-го гвардейского стрелкового корпуса, где также началось форсирование реки.
Уже к вечеру 24 июня к берегу реки Западная Двина подошли основные переправочные средства, и через час по наведенным мостам и паромам пошли танки и артиллерия. Мастерски организовали эту переправу заместитель командующего армией генерал П. Ф. Лагутин и генерал Е. И. Кулинич!
Всю ночь на 25 июня шла переправа по мостам, и части с ходу вступали в бой. Войска армии, маневрируя между болотами и озерами, обходя опорные пункты противника. Стремительно продвигались вперед. Для осуществления такого рывка в этот период особенно большую роль сыграли белорусские партизаны. Они выводили наши подразделения и части по тропкам через леса и болота в тыл противника. Партизаны и местные жители в Белоруссии, как и дальше, в Литве и Латвии, оказывали нам очень большую помощь. Невзирая ни на какие опасности, мины и прочее, ходила они по лесам и болотам, разыскивая раненых. Много, очень много людей обязаны своей жизнью этим безвестным героям! Мы тоже в свою очередь старались помочь местному населению чем могли.
25 июня 1944 года войска нашей армии на широком фронте продолжали энергично продвигаться вперед и расширять плацдарм. Противнику за ночь удалось подтянуть свои резервы, и он предпринимал при помощи танков и авиации атаку за атакой, но задержать наше стремительное наступление не смог.
За шесть дней боевых действий войска 6-й гвардейской армии прорвали оборону противника, форсировали Западную Двину и, развивая наступление в направлении Ушачи, к исходу 28 июня вышли на рубеж Оболь, Слудыш, озеро Яново, Сорочино, Ушачи, Камень.
После успешно завершенной операции по захвату большого плацдарма на левом берегу Западной Двины войска армии получили новую задачу: всеми силами развивая успех в северо-западном и западном направлениях, обойти Полоцкий укрепленный район с юга и решительной атакой правого фланга армии во взаимодействии с 4-й ударной армией освободить город Полоцк.
Скорейшее освобождение Полоцка было необходимо не только 1-му Прибалтийскому фронту, но в первую очередь нашей 6-й гвардейской армии, так как у нас к тому времени плечо подвоза от армейских баз растянулось на 120–150 километров. Это сильно затрудняло своевременное поступление в войска боеприпасов и продовольствия. С освобождением Полоцка пути подвоза сократились бы почти вдвое да еще открывалась возможность использовать железную дорогу Невель — Полоцк.
