И вот Забиулло убит. Его отряд рассеян. Люди, стоящие сейчас на площади, все еще не могут поверить в эту весть… Неужели они наконец смогут распрямить свои плечи, полной грудью вдохнуть воздух родины?
На следующий день кишлак снарядил делегацию в Мазари-Шариф во главе с Мухамедом Захиром. Как никак, он здесь самый грамотный, закончил все четыре класса сельской школы. «Узнайте, — наказывали им, — надолго ли в нашей округе установлен мир? И что это за земельная реформа, о которой говорят по радио из Кабула? Одним словом, как нам жить дальше?»
Там я и встретил их в кабинете главы провинциального комитета НДПА. Секретарь долго беседовал с делегацией, подробно отвечал на все вопросы, а расставаясь, сказал:
— Скажите землякам, что на днях пришлем к вам наших представителей. Тех, кто отвечает за земельно-водную реформу, за новую жизнь дехкан, и тех, кто обеспечивает их безопасность.
…Год спустя в Кабуле проходило Всеафганское совещание, посвященное развитию сельского хозяйства и ирригации в стране. Сюда съехались руководители местных партийных и государственных, аграрных и водных органов, председатели дехканских кооперативов, мирабы. Можно сказать, представители всей страны — в деревнях живут 80 процентов ее населения.
В докладе Председателя Совета Министров ДРА подробно говорилось о том, что сельская местность ныне — главное поле борьбы за претворение в жизнь идеалов Апрельской революции, что в первую очередь здесь проводятся коренные социально-экономические преобразования. В ходе земельноводной реформы сотни тысяч безземельных или малоземельных крестьян получили собственные наделы. Государство оказывает дехканам и другую помощь, обеспечивая их семенами и удобрениями, выделяя технику и кредиты, строя новые и восстанавливая старые оросительные системы. Созданы машинно-тракторные станции, налаживается ветеринарное обслуживание, ведется борьба с саранчой.
Жители села признательны республике за эту помощь. Они всем сердцем поддерживают новую жизнь, крепкие всходы которой появились в большинстве провинций страны. По всей территории ДРА заметное развитие получило кооперативное движение. В республике уже около четырехсот дехканских кооперативов — снабженческо-сбытовых, кредитных, птицеводческих, каракулеводческих…
После совещания его участники отправились на выставку «Мелиорация в СССР». У одного из стендов неожиданно сталкиваюсь с Мухамедом Захиром. Он первым узнает меня и крепко жмет мне руку.
Как тут не расспросить о новостях? Отыскиваем уголок посвободнее и продолжаем разговор, прерванный год назад.
… Молодость революции прекрасна своим стремительным движением. Еще совсем надавно, помните, Мухамед был безземельным батраком, жившим, казалось бы, в вечной кабале у бая, в постоянном страхе перед душманами. А на совещание в Кабул он приехал как председатель дехканского кооператива, полномочный посланец целого уезда Нахрешан и партийной организации провинции Балх.
Новостей в кишлаке столько, что Мухамед рассказывает о них, как говорится, взахлеб. «Самая важная — у нас прошла земельная реформа. Байские угодья отдали нам. Каждая семья теперь имеет по 12 джерибов (около двух с половиной га. — Г. У.)… Нет, все же главная новость другая, — тут же перебивает он себя. — То, что мы создали свой кооператив. А урожай какой сняли! Вдвое больше, чем обычно!»
— Подожди, Мухамед, — улыбаюсь я. — Давай все же по порядку. Какой кооператив?
— По совместному использованию сельскохозяйственной техники и совместной обработке земли, — торжественно провозглашает он.
Сколько помнит себя Мухамед, в поле он всегда выходил с парой быков и деревянной сохой… А тут перед севом их кооперативу предложили взять в аренду у провинциальной МТС два трактора. Плата невелика, 250 афгани в час. Деньги были: государство предоставило им солидный кредит на развитие. В кооперативе у них сто семейств, 485 человек. Раньше на пахоту тратили две-три недели, а теперь они всю свою первую посевную страду свернули в восемь дней.
Пользовались государственной техникой и летом, и когда снимали урожай. Работали все вместе, дружно. Поровну поделили и то, что вырастили: пшеницу, ячмень, горох, овощи, арбузы, дыни. «Нет, не поровну, — вновь поправляет себя Мухамед. — У нас четыре семьи — это вдовы с малолетними детьми. Мужья сражались в армии, погибли за революцию. На их дворы мы привезли всего побольше».
Есть в кишлаке и другие перемены. Мелиораторы из провинциального управления водного хозяйства начали бурить для кооператива две глубинные скважины. «Земля у нас прекрасная, а вот с водой было туго». Восстановили сожженную душманами школу. «Лес и кирпич дал губернатор, работали мы». Хозяйство постоянно навещает агроном из Мазари-Шарифа, дает дельные советы: где что сеять, какие использовать удобрения. «Наши старики прозвали его учителем земли».
