Провинция Кунар. Кишлак Барикот. Эти географические названия чаще других мелькали в штабных разработках, боевых предписаниях и военных сводках афганской армии. Не захватив Барикот с бою, душманы решили взять его измором. Они окружили это маленькое селение в пограничной с Пакистаном провинции Кунар несколькими рядами осадных траншей, заминировали все дороги и подходы, ведущие к нему из глубины страны, и повели методичный обстрел сосредоточенного в старинной барикотской крепости армейского гарнизона. Огнем из тяжелых орудий им помогали со своей территории пакистанцы.
Осада длилась много недель. Гарнизон нес тяжелые потери, которые лишь частично удавалось восполнить с воздуха. Выход оставался один: направить сюда крупные части, разгромить банды и вызволить защитников Барикота.
Тогда-то и обратилось к советским саперам командование афганской армии: «Помогите провести боевые колонны. На подступах к Барикоту вся земля напичкана взрывчаткой. Одним нам не справиться».
Инженерно-саперному подразделению Георгия Гиля достались двадцать восемь километров горной дороги — двенадцать в ущелье Безымянном и шестнадцать в ущелье Печ-Дара.
Днем и ночью, несколько суток подряд, практически без отдыха шли впереди колонны солдаты подразделения. Они скрупулезно, как часовщик сломанные часы, изучали каждый квадратный сантиметр дорожного полотна. Первыми двигались вожатые минно-розыскной службы со своими четвероногими помощницами. За ними саперы с миноискателями, щупами, ломами и лопатками. Последним опытный «чистильщик» сержант Гнатышин. Пройдут, проверят, обезопасят километр дороги и дают сигнал колонне: можно продвинуться.
Не одну сотню хитроумно замаскированных зарядов обнаружили и обезвредили наши ребята. Только вожатый Александр Никитин с овчаркой Азой нашел 18 мин и три фугаса. Ничего не вышло у душманов. Колонну саперы провели без потерь.
Офицер Георгий Гиль показывает мне трофеи этого рейда. Вот, к примеру, две «итальянки», сделанные в Италии пластиковые мины, одна на шесть, другая на два с половиной килограмма взрывчатки. Обнаружить их очень трудно, металла там почти нет, только крохотная пружинка взрывателя. Ни щупом, ни другими средствами инженерной разведки такую мину не взять. Нужны интуиция, опыт, внимание, знание демаскирующих примет и свойств. Душманы закапывают ее глубоко, до 70 сантиметров, и действие «итальянки» непредсказуемо. По ней может пройти сто тяжелых машин, а сто первая взорвется: грунт за это время просядет, продавится маскировочный слой, создастся необходимое давление на взрыватель.
— Такие мины доставляют из Пакистана караванами, — говорит Георгий Гиль. — Здесь они распределяются между бандами. Каждый душманский подрывник покупает у главаря мину за свои деньги. В случае «удачного» взрыва он получает мзду, значительно превышающую эти расходы.
Видно, что у контрреволюции опытные наставники, замечает командир подразделения. Душманы ставят мины аккуратно, стараются не оставлять следов. Представляете, какое внимание нужно саперу? Определить их местонахождение становится все труднее, «запудрят» их так, что не видно ничего подозрительного. Лунку забивают камнями и гравием, плотно утрамбовывают. Отыскать такую мину щупом очень сложно, игла в скальный грунт не лезет. Остается миноискатель. Но в здешних камнях много металлических примесей, прибор реагирует на них почти так же, как на металл. Надо быть действительно асом своего дела, чтобы по тончайшим оттенкам в звучании сигнала, по неуловимым различиям в длине и высоте звука почувствовать, где ложная, а где истинная тревога. И все равно, сколько породы переворачивается…
Самым тяжелым в последнем рейде, продолжает свой рассказ командир, была ночная проверка дороги. Колонна двигалась без остановки на отдых, половина инженерной разведки и разминирования приходилась на ночные часы. Чтобы не выдавать себя светом, работали вслепую, в буквальном смысле слова на ощупь. Спасало единственное — перепроверка одних саперов другими. Между прочим, именно в ночное время «чистильщик» Юрий Гнатышин обнаружил две английские мины МК-7; они были установлены на «полке» — там, где дорога вплотную примыкает к отвесной скале…
Сержант Гнатышин родом из молдавского города Бельцы. Высокий, под два метра, белокурый красавец. Дома закончил ПТУ, по профессии электрик. На его широкой груди пять значков: гвардейский, «Отличник Советской Армии», «Классный специалист», «Парашютист-отличник», «За военно-спортивные успехи».
