Скорцени и Грейфе не прекращают работу над планом операции. Вскоре Кальтенбруннер утверждает общую схему: Таврина перебрасывают по воздуху в одну из ближайших к столице областей, затем он пробирается в Москву и, устроившись там на жительство, разведывает местонахождение и маршруты поездок Сталина, изучает пропускную систему на торжественных заседаниях и Красной площади, проникает туда и в удобный момент совершает террористический акт.
Для оказания помощи Таврину, а главным образом для неусыпного контроля за его поведением и действиями в советском тылу, принимается решение перебросить вместе с ним его сожительницу Лидию Бобрик[13] (по новым документам Лидию Шилову), личного агента Кальтенбруннера, уроженку Винницкой области, закончившую до войны местный медицинский институт. Работая на германскую разведку, эта миловидная девушка успела закончить Рижскую радиошколу германских спецорганов.
Ее главная задача — добиться во что бы то ни стало решительных действий Таврина по выполнению задания. При малодушии, трусости, умышленной задержке покушения она должна реагировать не столько словом, сколько силой оружия. Ей были даны категоричные инструкции: в случае прямого предательства Таврина — убрать его…
В начале января 1944 года в кабинете начальника Главного управления имперской безопасности обер-группенфюрера СС Эрнста Кальтенбруннера состоялось секретное совещание. Присутствовал узкий круг лиц: сам хозяин, явно нервничающий, бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг и его подчиненные: Отто Скорцени, Генрих Грейфе и начальник «Русланд-Норд» штурмбаннфюрер СС Отто Краус. Обсуждался окончательный вариант операции, которой было дано кодовое название «Возмездие».
После двухчасового обсуждения план операции был утвержден. Срочно готовятся образцы различных советских документов, штампов и печатей, трофейного обмундирования, предметов фронтового обихода. Таврину шьют общевойсковую форму майора Красной Армии, к которой прикрепляют Золотую Звезду и высшие боевые ордена СССР (принадлежавшие генералу Шепетову). Для документального прикрытия этих наград ловко фабрикуют орденские книжки. Диверсанта снабжают даже специально отпечатанными номерами газет «Правда» и «Известия», где в списках награжденных Указом Президиума Верховного Совета СССР красовался сначала капитан, затем майор Таврин, а также помещались его фотографии. Никому и в голову не могло прийти, что газеты фальшивые и существуют в одном экземпляре.
В подтверждение легенды о тяжелом ранении, будто бы полученном в бою на границе с Польшей, Таврину настойчиво предлагают сделать специальную хирургическую операцию, в результате которой одна его нога станет короче. Однако Таврин наотрез отказывается. Тогда его помещают на три недели в одну из лучших клиник, где с помощью скальпеля искусными шрамами имитируют тяжелое осколочное ранение в область живота и левого бедра и подкрепляют эти шрамы и рубцы справками «советских госпиталей».
Чтобы свести к минимуму неизбежные расспросы и проверки Таврина на советской территории, ему определяют должность заместителя начальника отдела контрразведки «СМЕРШ» 39-й армии 1-го Прибалтийского фронта и вручают служебное удостоверение оперативного сотрудника «СМЕРШ».
Надежные документы подготовили и для его напарницы. Лидия Бобрик превратилась в Лидию Шилову, младшего лейтенанта административной службы, секретаря особого отдела дивизии.
Обоим выдали командировочные предписания о том, что они следуют по срочному вызову в Москву, в Главное управление контрразведки «СМЕРШ» Наркомата обороны Советского Союза.
Для беспрепятственного проезда из района приземления в Москву Таврин получает особый конверт со всеми внешними атрибутами пакета государственной важности, якобы исходящий из штаба 1-го Прибалтийского фронта. Однако и этого, по мнению руководителей операции, было еще недостаточно. Для снабжения предполагаемых сообщников Таврину выдают более пяти сотен самых различных документов и бланков — на все случаи жизни: всевозможные служебные удостоверения, паспорта, трудовые книжки, командировочные предписания, отпускные билеты, денежные и продовольственные аттестаты, шоферские права, дипломы вузов и техникумов и т. д. и т. п.
Самые лучшие специалисты-граверы в срочном порядке изготавливают для Таврина более ста два дцати печатей и штампов военных, партийных, государственных учреждений, ручные прессы с объемными штемпелями Московской экспедиции, полевой почты и даже… факсимиле Председателя Президиума Верховного Совета СССР.
