«Когда я вошел в больничную палату Беккера, он начал беседу так: “Вы застали меня на последнем издыхании. Все, что я написал о смерти, ныне подвергается испытанию, и у меня есть шанс показать, как стоит умирать и какой проявлять характер. Делать ли это достойно и мужественно, какими мыслями себя занимать, как принять свою кончину…”
Мы с Эрнестом, хотя и не были знакомы ранее, немедленно погрузились в глубокий разговор. Близость конца Беккера и строгие пределы оставшихся у него сил отмели любую потребность в болтовне. Мы говорили о смерти перед лицом смерти и о зле в присутствии рака. Под конец Беккер обессилел, и наше время закончилось. На несколько минут возникла неловкая пауза, и трудно было попрощаться в последний раз: ведь мы оба знали, что он не доживет до публикации нашей беседы. К счастью, лечебный херес, которым был наполнен стоявший на тумбочке бумажный стакан, даровал нам ритуал завершения. Мы выпили вина, и я ушел».
Другие исследователи дополнили теорию Беккера рядом практических доказательств из области, которую иногда называют экспериментальной экзистенциальной психологией. Новые труды были обобщены в 2015 г. социальными психологами Джеффом Гринбергом, Томом Пыщинским и Шелдоном Соломоном в книге «Червь в сердцевине» (The Worm at the Core)[266].
Фраза, использованная для названия, была взята из отрывка сочинения 1902 г. «Многообразие религиозного опыта» (The varieties of religious experience: a study in human nature) философа Уильяма Джеймса[267]. С одобрением процитировав таковое, авторы заметили[268]:
«В настоящее время имеются веские доказательства того, что смерть действительно является червем в сердцевине человеческого существования, как 100 лет назад предполагал Уильям Джеймс. Идея о неизбежной смертности людей оказывает глубокое и всепроникающее влияние на наши мысли, чувства и поведение почти во всех сферах жизни, независимо от того, осознаем мы это или нет.
На протяжении всей истории человечества именно страх смерти побуждал к развитию искусство, религию, язык, экономику и науку. Это он воздвиг пирамиды в Египте и разрушил башни-близнецы на Манхэттене. Это он как способствовал, так и продолжает способствовать возникновению конфликтов по всему миру. В частной жизни осознание собственной бренности выливается в любовь к модным автомобилям, загар до нездоровой корочки, превышение лимита кредитных карт, вождение с бешеной скоростью, зуд к драке с предполагаемым врагом и жажду сколь угодно эфемерной славы, даже если для нее придется пить мочу яка на телешоу “Последний герой”».
Гринберг, Пыщинский и Соломон разработали теорию управления страхом смерти (англ. – Terror Management Theory, сокращенно TMT), которая развивала идеи Эрнеста Беккера. На сайте Фонда Эрнеста Беккера приводится ее описание[269]:
