– Я прекрасно владею всеми видами оружия пехоты, особенно револьверами, могу стрелять с обеих рук. Не скажу, что со ста шагов пробиваю тополиный лист, но в пределах пятидесяти стреляю без промаха!
– Тому, кто посмеет бахвалиться передо мной, может не поздоровиться! – ледяным тоном заявил Юань Шикай.
– Готов продемонстрировать вам мои умения!
– Отлично! – Хлопнув в ладоши, Юань Шикай оживился: – Как говаривают у меня на родине, мул или лошадь – главное, чтоб везли. Эй, ко мне! – Один из молодцов-охранников подошел и остановился в ожидании приказаний Юаня. – Приготовить пистолеты, патроны и мишень.
На стрельбище расставили плетеные стулья, чайный столик и зонт от солнца. Юань Шикай извлек из изящной атласной коробки пару позолоченных пистолетов:
– Это мне немецкие друзья подарили, еще не стрелял из них!
– Позвольте, я опробую их для вас, ваше превосходительство!
Охранник зарядил пистолет и передал Юаню. Тот взял и усмехнулся:
– Говорят, настоящие вояки считают пистолет своей женщиной, не позволяют другим касаться его. Верно это?
– Как вы выразились, ваше превосходительство, многие военные действительно почитают оружие за спутницу жизни, – сказал Цянь, ничуть не выказав слабости, – но я считаю, что на самом деле считать оружие своей женщиной – осквернять его и превращать в своего раба. По моему мнению, настоящие военные должны считать оружие своей матерью.
Юань Шикай язвительно усмехнулся:
– Сравнивать оружие с женщиной – уже вздорное измышление, сравнивать его с матерью – тем более нелепо. Ты считаешь сравнение оружия с женщиной осквернением по отношению к нему, но неужели, сравнивая его с матерью, ты не боишься, что тем самым оскорбишь память всех матерей? Оружие можно в любой момент заменить, а мать разве поменяешь? Оружие помогает тебе убивать, а мать? Матери позволишь помогать тебе убивать?
Под острым испытующим взглядом Юань Шикая Цянь растерялся.
– Вы, молодые военные, получив японское или западное образование, сразу задираете нос, одно бахвальство, чуть откроете рот – одни нелепые рассуждения из него летят. – Между делом Юань Шикай выстрелил в расстилающиеся перед ним поля. Из дула закурился дымок, в воздухе запахло порохом. Юань поднял другой пистолет, выстрелил в воздух, пуля с громким свистом улетела в небеса. Отстрелявшись, Юань холодно произнес: – На самом деле пистолет – это пистолет, никакая он тебе не женщина и тем более не мать.
Продолжая стоять навытяжку, Цянь Сюнфэй опустил голову:
– Благодарю ваше превосходительство за учение, готов переменить мою точку зрения. Правильно вы говорите, пистолет – это пистолет, никакая не женщина и тем более не мать.
– Не надо карабкаться вверх по моему шесту. Сравнение пистолета с матерью для меня неприемлемо; а вот в сравнении его с женщиной какая-то доля истины есть. – Юань Шикай бросил ему пистолет: – Насладись вот этой дамочкой. – Цянь Сюнфэй вытянул руку и выхватил оружие из воздуха, словно живого попугая. Юань Шикай бросил ему и второй пистолет: – Насладись еще одной, экие сестры-красавицы! – Цянь точно так же поймал и второй пистолет. С двумя пистолетами в руках он ощутил, как заиграла в жилах кровь. Юань Шикай стрелял из них как-то наплевательски, словно неотесанный мужлан лапал юных сестер-близняшек. Сердце в тот момент сжалось от боли, но ничего с этим поделать было нельзя. Сжав золотистые пистолеты в своих руках, он ощутил, как они подрагивают, услышал, как они постанывают, а еще ощутил их привязанность, в глубине души он действительно отказался от подхваченных у кого-то слов, сравнивающих оружие с матерью. Оружие надо сравнивать все же с юной девой-красавицей. Беседа дала понять, что Юань Шикай не только в военных делах разбирается, но и имеет широкие познания в других областях.
– Стреляй, а я посмотрю, – сказал Юань Шикай.
Цянь продул оба дула, положил пистолеты на ладони и несколько секунд рассматривал. Они посверкивали под солнцем. Бесспорно, сокровища среди пистолетов. Он сделал пару шагов вперед и, почти не целясь, будто произвольно, быстрее, чем за полминуты, сделал с обеих рук шесть выстрелов подряд. Вернулся побежавший за мишенью охранник и положил ее перед Юань Шикаем. В центре мишени были видны лишь шесть отверстий, аккуратно сложившиеся в цветок сливы. Все в окружении Юань Шикая захлопали.
– Хорошо стреляешь! – На лице его превосходительства Юаня наконец-то появилась искренняя улыбка. – Что хочешь за это?
– Позвольте мне стать владельцем этих пистолетов! – твердо заявил Цянь.
Уставившись на него, Юань Шикай на мгновение замер, потом вдруг громко расхохотался и сказал, отсмеявшись:
– Тогда уж сразу будь им мужем!
