Женская больница существовала с 1861 года. Общая палата, скромная поначалу, теперь вмещала больше тридцати коек. Лидия шла по палате, и студентки, сбившиеся в стайки, поднимали на нее глаза. Наконец она увидела свою группу — трех девушек в маленькой нише в дальнем конце палаты.
— Доброе утро, доктор Уэстон. — Элинор Петри шагнула вперед. — Мы готовы. Вот список пациенток для обхода.
— Тогда начнем.
Сегодня их ждало много дел: сначала обход больных в палате, потом прием в клинике.
Все три студентки уже осмотрели своих пациенток, записав все, что происходило с больными ночью. На планшетах, висевших в ногах кроватей, были указаны основные жизненные показатели, на записи которых Лидия особенно настаивала и которые следовало измерять каждые четыре часа: частота ударов сердца, пульс и температура. Отчеты студенток были короткими и ясными. Девушки писали, Лидия задавала вопросы.
— Прекрасно! Да еще в первый день. — Лидия была рада оказаться в компании своих старшекурсниц. Эта глава их образования уже почти написана, ее студентки выросли в проницательных врачей.
— Мы неукоснительно соблюдаем правила доктора Уэстон, — сказала одна из студенток.
— Да? И что же это за правила? — улыбнулась Лидия.
— Самое главное — подготовиться. — Элинор продемонстрировала стетоскоп и указала на маленький скальпель, ножницы и моток хирургической нити в кармане фартука.
— Отнесись к высокой температуре со всей серьезностью.
— Очищай нарывы от гноя.
— Осмотри глаза. Бледная конъюнктива может быть признаком анемии.
— А когда все идет наперекосяк, отправляйся в “Континенталь” на ланч, — закончила Элинор.
Девушки рассмеялись, и Лидия вместе с ними. Всю весну они подолгу работали над сложными случаями. В особенно тяжелые дни они заканчивали обход пораньше, набивались в кэб и Лидия в благодарность за труд везла учениц на ланч в элегантный отель.
— Великолепно. Теперь я знаю, что учила вас хорошо, — сказала она.
Они начали обход, и шутливое настроение быстро рассеялось. Первая пациентка, миссис Картер, жаловалась на боли в пояснице. За несколько дней до того, как прийти в больницу, женщина почувствовала слабость и потеряла аппетит. Моча приобрела темно-ржавый цвет. Миссис Картер заметила отеки на лице. Руки и ноги тоже отекли. При более тщательном осмотре выяснилось, что несколько недель назад она перенесла скарлатину, ее лихорадило, а горло сильно болело. Кожу обметало красной сыпью. В моче оказалось много альбумина, что указывало на Брайтову болезнь. Из-за инфекции начался нефрит, воспаление почек.
Отогнув одеяло, Лидия открыла ноги пациентки и указательным пальцем надавила пониже голени. Кожа расправилась. Отек понемногу спадал. Выслушивая пациентку, Лидия отметила слабые призвуки в основании легкого. Она отложила стетоскоп и принялась двумя пальцами выстукивать спину миссис Картер — та теперь сидела выпрямившись. Звук был странно глухим, непохожим на обычное гулкое эхо. В легких еще оставалась жидкость. Элинор вслух прочитала значения диуреза. За ночь показатели стали лучше — хороший знак. Значит, воспаление почек идет на спад.
Лидия питала мало доверия к способам лечения Брайтовой болезни, вроде бы улучшающим кровоснабжение почек. Некоторые рекомендовали слабительное или рвотное — предполагалось, что удаление жидкости из кишечника уменьшит нагрузку на системный кровоток. Другая рекомендация предписывала сухие банки — якобы круглые стеклянные присоски на пораженных областях стимулируют приток крови в капилляры, благодаря чему кровь скорее возвращается к сердцу. Лидии случалось читать и о горячем воздухе, и о ваннах, и о так называемом нектаре — смеси тартара с лимоном — или, того хуже, пиявках. Большинство этих методов почти не оказывали благотворного эффекта, научных доказательств им тоже недоставало. Скорее всего, миссис Картер уверенно пойдет на поправку, если станет соблюдать покой, а также если будет тщательно следить, сколько соли и жидкости она получает.
Пациентка со страхом смотрела на них, но Лидия ласково заверила ее, что она скоро отправится домой.
Следующий случай был не столь обнадеживающим. Лидия опасалась, что миссис Дейл, несмотря на все их усилия, жить осталось недолго: болезнь печени перешла в терминальную стадию. Миссис Дейл полусидела в постели, и каждый вдох давался ей с трудом. Она казалась полусонной, сознание ее путалось. Одеяло едва прикрывало раздувшийся живот. У больной развилась желтуха, и ее рыхлая кожа отливала желтизной.
Миссис Дейл появилась в больнице с обширным воспалением повыше колена. Потребовались срочная операция и дренаж, из раны выкачали немалое количество зловонного гноя. Два дня спустя дурно пахнущая гнойная жидкость все еще просачивалась сквозь бинты. И вот проявился еще один зловещий признак: края раны приобрели рваный вид, кожа стала ярко-красной.