Смерть в прямом эфире полностью

(Представитель обвинения вызывает для дачи показаний истца, майора Экклстоуна. Майор поднимается на кафедру и приносит присягу.)

Судебный репортер: Двадцать восьмого марта сего года кошка мисс Мэри Фрибоди подверглась нападению, повлекшему смерть, со стороны кобеля немецкой овчарки по кличке Бэнг, принадлежащего майору Бэзилу Экклстоуну, соседу Мэри Фрибоди. Неделю спустя, четвертого апреля, Экклстоунам доставили заказ от мясника. Свертки с мясом были оставлены в уличном сейфе в стене дома. Вечером майор Экклстоун вынул из сейфа печенку для своего пса. У овчарки, съевшей порцию печенки, начались сильнейшие конвульсии, и пес издох. Содержимое желудка было передано на анализ, который показал наличие зашкаливавшей дозы цианистого калия. Полупустая жестяная банка средства для истребления ос, в состав которой входит цианистый калий, была найдена в кустах у границы участка мисс Фрибоди. Майор Экклстоун обратился в полицию, обвинив мисс Фрибоди в покушении на убийство, утверждая, что она намеревалась отравить не только его пса, но и его самого. По результатам полицейского расследования мисс Фрибоди было предъявлено обвинение, и сейчас ответчица находится в зале суда в Фулчестере.

Голдинг: Итак, майор, опишите нам события, приведшие к… трагедии. Четвертого апреля вас весь день не было дома?

Майор: Клуб. Бридж. По пятницам. (Указывает на обвиняемую.) Она об этом прекрасно знала.

Голдинг: Понятно. А ваша супруга находилась дома?

Майор: С приступом мигрени. В своей комнате.

Голдинг: Ясно. Когда вы вернулись?

Майор: В полседьмого.

Голдинг: Можно услышать, в каком порядке происходили события с половины седьмого вечера?

Майор: Я, гхм, выпил. Послушал радио. В семь часов сходил к уличному сейфу и достал собачью еду.

Голдинг: А где находится ваш сейф?

Майор: В стене, возле черного хода. В нем две дверцы: мы открываем изнутри, из кладовой, а рассыльный от мясника открывает снаружи. Кто угодно мог открыть наш сейф. (В сторону обвиняемой.) Он приходится напротив окна ее ванной и черного хода. Садовая калитка у нее выходит на ничейную полосу, и моя калитка выходит на ничейную полосу. Ей до нас добраться – считаные секунды.

Голдинг: Несомненно. Мы сейчас дойдем до этого, майор. Итак, печенку для собаки вы достали через внутреннюю дверцу сейфа, открыв ее из кладовой?

Майор: Да.

Голдинг: Можете ли вы описать сверток, сэр? Вы помните, во что было завернуто мясо?

Майор (делает паузу и смотрит на обвиняемую): Вообще-то помню. В два или три слоя «Дейли Телеграф».

Голдинг: Хорошо. Стало быть, вы вынули печень из сейфа, а потом?

Майор: Я развернул печенку, положил ее в собачью миску и отнес к будке.

Голдинг: Ваш пес сидел на привязи?

Майор: Разумеется.

Голдинг: А затем?

Майор: Поставил миску перед Бэнгом.

Голдинг: Сколько кусков вы положили?

Майор: Два. Все, что было в свертке. Я давал Бэнгу печенку только по пятницам. В будни он получал «Догги битс» или «Япс», а по воскресеньям – кость.

Судья: Что такое «Догги битс» и «Япс»?

Голдинг: Насколько я понимаю, это патентованный собачий корм, ваша честь.

(Судья пристально смотрит на майора и кивает представителю обвинения продолжать.)

Голдинг: Итак, майор, вы поставили миску перед собакой. И?

Майор: Бэнг проглотил полкуска.

Голдинг: Так-так?

Майор: И тут же с ним сделались ужасные судороги. Конвульсии. Агония. Богом клянусь, я в свое время всякого навидался, но подобного ужаса не доводилось. А ведь это был мой пес, сэр. Бэнг, моя собачка… Мой верный старый Бэнг. (Расчувствовавшись, майор высмаркивается и утробно рыгает. Судья смотрит на него с невозмутимым видом.)

Голдинг: Весьма болезненные воспоминания. Жаль, что вам приходится переживать их заново. К счастью, конец был быстрым, не так ли?

Майор: Никакого счастья в этом не было! (Обвиняемой.) Зверское хладнокровное убийство, учиненное мерзкой старой кошкой!

Мисс Фрибоди (вставая): Кошкой! Кошкой! Да как вы смели произнести это слово!

Майор: Я сознательно это сделал, мэм. Я сказал «кошка» и кошку же имел в виду.

Мисс Фрибоди: Бедная беззащитная малышка! Это было…

Судья: К порядку! К порядку! Если вы снова позволите себе столь неуместное поведение, я расценю это как неуважение к суду. (Повернувшись к майору.) Вы меня поняли?

Майор (бубнит себе под нос): Провокация чистой воды. Жаль, что я вообще…

Судья: Что? Говорите громче.

Майор: Мне очень жаль, ваша честь.

Судья: Надеюсь, что так. (Кивает представителю обвинения продолжать.)

Голдинг (кивает): Майор Экклстоун, я хочу, чтобы вы рассказали суду и присяжным, что произошло после смерти пса.