Основную часть вечера мисс Титмус была очень молчалива. Но она успела отдать должное лучшим образцам вина из подвалов лорда Ридлторпа, так что в этой небольшой группе близких друзей становилась все увереннее и разговорчивее. Хелен стала серьезно и настойчиво расспрашивать леди Хардкасл о ее жизни в Китае, Бирме, Индии и нескольких европейских странах. Миледи, которая никогда не отличалась скромностью в присутствии заинтересованной аудитории, была счастлива поведать свои сказки о шпионах, интригах и разного рода аферах, добрая половина которых была правдой лишь частично.
Мисс Титмус, открыв рот, впитывала каждое ее слово и практически вскрикнула в конце истории о том, как мы с хозяйкой избежали ареста секретной службой одной недружественной нам державы, переодевшись в морскую форму.
– Боже мой! – Она зажала себе рот руками. – Это невозможно! Правда. Или нет? Вы же не могли… Бог мой!
Миссис Беддоуз прекратила листать журнал и бросила на свою старую подругу испепеляющий взгляд.
– Послушай, Мышь, да успокойся же ты наконец. Она же шутит. Конечно, ничего подобного не было. В реальной жизни люди такие вещи не делают. Честное слово, иногда ты бываешь такой невероятной дурой…
– Спокойно, Роз, – вмешалась в разговор леди Лавиния, кладя руку на кисть Беддоуз. – Я бы на твоем месте не торопилась с выводами. Эдмонд знает брата Эмили целую вечность и всегда намекал мне, что младшая сестренка Гарри не так проста, как кажется. – Она сделала паузу и осмотрела комнату. – Да вот и мисс Армстронг. Что вы там прячетесь? Подойдите к нам.
Я оставила изучение довольно эклектичной коллекции книг и, подойдя к столу, встала за креслом леди Хардкасл.
Лавиния подняла на меня глаза:
– Ваша хозяйка рассказывала здесь всякие небылицы. А какова ваша версия событий? Вы можете подтвердить хоть что-то?
– Конечно, может, – пренебрежительно заметила Розамунда. – Она же ее горничная. И не будет возражать своей кормилице.
– Право, Роз, – было видно, что Джейк уже устала. – Неужели тебе необходимо все время быть такой противной?
Как это часто случалось на публике, я оказалась в затруднительном положении. Несмотря на то что суть истории, рассказанной моей госпожой, была правильна, большинство подробностей не соответствовали действительности. Но я, естественно, не хотела доставить миссис Беддоуз удовольствия, признав это. Мы действительно злоупотребляли гостеприимством многих стран, засовывая свои носы в их дела. Однако хваленая «секретная служба» именно этого государства была сборищем ни на что не способных тупых мздоимцев, которым своя овчинка была ближе к телу, чем защита государственных секретов. Фактическую же опасность представляла банда местных контрабандистов, которые постоянно и настойчиво грозились заставить нас покинуть этот бренный мир. Скрылись мы одетыми не в морскую форму, а в форму полицейских, что, на мой взгляд, делало всю историю гораздо увлекательнее. Миледи же напрочь отказывалась запомнить эту подробность, создав, после множества попыток, свою версию событий, которая заставляла дам пронзительно визжать. В менее враждебной компании я, возможно, позволила бы себе внести коррективы в изложение многих фактов, но в нынешних обстоятельствах я была не склонна подрывать авторитет хозяйки.
– События разворачивались практически так, как об этом рассказала леди Хардкасл, – заявила я. – Единственное, что она преуменьшила, так это опасность, в которой мы находились, и то мастерство, с которым мы скрылись.
«А вот теперь помучайся», – подумала я про себя. Эта фраза должна было включать в себя все от «Она все наврала» до «Тем не менее это чистая правда», и, что гораздо важнее, она не оставляла Розамунде возможности продолжать задирать мисс Титмус.
– Ха! – с триумфом произнесла леди Лавиния. – Я же говорила тебе, Роз, что нельзя быть такой опрометчивой. Скажите, мисс Армстронг, а не могли бы вы придвинуть себе кресло и присоединиться к нам? Уверена, что у вас тоже есть что нам рассказать.
– Мы вас просим! – с энтузиазмом воскликнула Хелен.
Миссис Беддоуз ничего не сказала и стала изучать крохотное пятнышко на своей перчатке.
– Кажется, вас приглашают, Фло, – сказала леди Хардкасл. – Берите кресло и устраивайтесь. – Сама она подвинулась в сторону, чтобы освободить для меня место между собой и мисс Титмус.
– Отлично, – сказала Лавиния. – Хотите бренди?
– Спасибо, миледи, не откажусь, – ответила я, наливая себе бокал, прежде чем подвинуть к столу еще одно удобное кресло.
А потом начался форменный допрос. Джейк и Хелен забросали нас таким количеством вопросов, что в другой обстановке это выглядело бы невежливым. Но спрашивали они с таким энтузиазмом и заинтересованностью, а ответы сопровождали таким количеством охов и ахов, а также различными «О, мой Бог!», что было невозможно не удовлетворить их любопытство. Или почти невозможно. Миссис Беддоуз, старавшаяся не выглядеть грубой, с трудом сохраняла свой вид индифферентного равнодушия с тем, чтобы доказать нам, что она выше всех этих душевных проявлений.
