— Конечно, ведь я… Ладно, я продолжаю, чтобы не сбиться. Получилось, что я, как вы выразились, попалась. Тут как раз, судя по шуму, пришла эта мисс Лейн и что-то бросила в соседней кабинке. Я крикнула ей нечто вроде: эй, нет ли у вас какой-нибудь булавочки? Но она явно не расслышала, потому что просто продолжала там возиться. Тогда я выглянула, ухватив одной рукой лифчик, — но теперь уж точно в таком виде показываться на глаза было нельзя. Все собрались смотреть, как мисс Лейн идет к скале, прыгает и исчезает в воде. Потом она выплыла и сказала всем, что теперь попытается выполнить прыжок, который подойдет для Лео, и чтобы они спустились и наблюдали за ней с пляжа. «Отлично, — подумала я. — А я пока незаметно выскочу, добегу до своего номера и зашью эту тряпочку». Но как раз когда все двинулись вниз, мисс Трапп, изысканно поддерживаемая драгоценным Фернандо, чуть задержалась, и Ла Лейн, видимо, что-то тихо сказала ей, потому что мисс Трапп ужасно побледнела — во всяком случае, лицо ее приобрело болезненный серый оттенок, она издала какой-то сдавленный вскрик и замерла. Мисс Лейн больше ничего не сказала, пошла по гребню скалы и выполнила свой прыжок. Хотела бы я, чтобы она вошла в воду еще чуточку жестче, признаюсь вам. Вот и все. Но тут как раз Фернандо вернулся — видимо, посмотреть, где же его возлюбленная. И между ними произошел потрясающе неприличный разговор… я просто не смею повторить. И я поняла, что они не подозревают о моем присутствии. Но мисс Трапп ни слова не сказала об этой Ла Лейн. Странно, не правда ли?
— В свете случившегося, возможно, и нет.
— Ну, возможно. В любом случае, вы поняли, что я «попалась» как никогда и уже превратилась в жареного цыпленка в своей кабинке, время от времени поворачивая бока, чтобы ровно подрумянилось. — Она передернула плечами, укрытыми большим гостиничным полотенцем. — Я загораю ужасно быстро, а крыши у этих сооружений все в щелочку: так что я буду завтра полосатая, как зебра.
— Что вы говорите? — рассеянно сказал Кокрилл. Его очень удивило, что через три минуты после фразы мисс Лейн, заставившей мисс Трапп посереть, последняя так заботилась о здоровье обидчицы. — И что же дальше? — спросил он.
— Что дальше? — Лули некрасиво изогнулась и посмотрела через плечо, не появились ли на спине незагорелые полосы. — Ах да. Дальше, поскольку мисс Трапп казалась слегка рассеянной и далеко не пылко отвечала на любовные призывы Фернандо, тот сдался на время и сказал, что лучше им спуститься к пляжу. На это предложение, прямо вам скажу, мой «цыпленок» ответил тихоньким полужареным кукареканьем… Милый мой, да я и впрямь похожа на курочку из шикарного гриль-бара!
— Оставьте в покое свою спину. Что случилось потом?
— Потом я вышла из кабинки и стала делать дыхательную гимнастику, которую уже подзабыла, и задержалась, чтобы они не догадались, что я слышала их разговор, и не смутились. Хотя, уверяю вас, им было чего смущаться. Я шла к гостинице, когда по тропинке от скалы поднялась эта Лейн. Я потрусила к ней на моих несчастных куриных ножках и спросила, нет ли у нее с собой булавки или чего-нибудь такого. Она ответила весьма дерзко, что не носит с собой принадлежности для шитья, когда ходит купаться, и почему бы мне не воспользоваться каким-нибудь платком. Тогда я пошарила в своей пластиковой кошелке и изловила носовой платочек. Вот он, как видите. Прилаживая его, я, как мне казалось, с юмором рассказывала ей о своих злоключениях в кабинке. Она вдруг прервала меня и сказала… Инспектор, как вы думаете, что она сказала?
— Пожалуй, она сказала: «Вот и вы — попались», — предположил Кокрилл. И спокойно добавил: — Сейчас все цитируют «Знатока».
Лули задумалась. Потом пожала плечами.
— Ну, допустим. Но она сказала еще кое-что, явно с намеком, вроде как глядя прямо на меня, хотя на самом деле так прямо не смотрела. И прошла мимо, поднялась по лестнице на верхнюю террасу и ни разу больше не оглянулась. — Лули слегка поежилась. — Но как она смотрела на меня!
— А что же она сказала?
— Тоже кое-что из «Знатока». Давайте, — вы же такой умный, — угадайте снова. Что, по-вашему, она сказала?
— По-моему: «На сей раз не осталось даже окошка, маленького окошка в форме звезды», — сказал Кокрилл.
Ни один фокусник и даже извлеченный им из пустой шляпы кролик не встречали более восторженного приема, чем эта догадка.
