Вот то, что касается кровати. Теперь насчет стола и стула. Стол немного выдвинули из угла, а стул поставили в угол. Если войти через балконную дверь, они будут по правую руку. Стол поставлен так, что любой сидящий за ним будет смотреть, немного искоса, на балконную дверь, а любой стоящий в пол-оборота к ней будет напротив сидящего. Стул отодвинут назад, словно бы кто-то резко поднялся из-за стола. Это, конечно, только предположение, но я думаю, что, будучи очень аккуратной, мисс Лейн в обычное время, вероятно, задвинула бы стул на место. На стуле видно несколько пятен крови, а стол просто ею закапан, кроме одного овального участка, примерно в центре. Этот участок абсолютно чист. Капли крови были направлены ко мне, когда я стоял у балконной двери, если вам понятно, что я имею в виду.
Никто, казалось, совершенно не понимал, что имел в виду Кокрилл, и тот сердито объяснил, что капли имели форму головастиков, хвостами повернутых к нему.
— Яснее не скажешь, — вполголоса сказал Сесил, склонившись к Лули. Но та уже усвоила преподанный Роддами урок и, опасливо взглянув на Лео, тихо попросила Сесила помолчать.
— Теперь направимся в ванную, — не удостоив их взглядом, сказал Кокрилл. — Там я заметил пятна крови практически на всем. После того как утром горничная провела уборку, душевой пользовались, полотенца для рук были мокрыми и испачканными кровью почти везде. Одно из банных полотенец, как мы помним, было вывешено вместе с купальными принадлежностями на перила балкона. Другое же полотенце весьма интересно: совершенно мокрое и в пятнах крови по всей длине одного края. Кровяные пятна тянутся также по деревянному полу от ванной до кровати, там их пытались смыть или соскоблить. То же видно между столом и ножкой кровати.
Кокрилл неожиданно замолчал и откинулся назад на стуле, опираясь на пол лишь пальцами ног. Он опорожнил одним глотком стоявший перед ним полный стакан виноградной водки и закашлялся.
Сесил заметил, что все рассказанное безумно интересно, однако ни о чем особенном не говорит.
— Говорит, и очень даже о многом, — жестко сказал Кокрилл.
— Это говорит нам вот о чем, — решительно начал Лео Родд. — Смотрите. Она поднялась к себе после купания… нет, сначала другое. Мисс Лейн пришла к себе после ленча, переоделась в кимоно, возможно еще не сняв нижнего белья, и легла отдохнуть, как, по всей видимости, и все мы. Потом она надела купальник, а белье бросила в ванную — или до того, как легла, или после переодевания, — чтобы постирать. Когда она вернулась с купания, то мокрый купальник с шапочкой и тапками вывесила в полотенце на балкон, накинув на себя одно кимоно. Потом отодвинула стол от окна, и вот когда она за него села…
— А зачем? — спросил Кокрилл.
— Как зачем?
— Зачем она села за этот стол?
— Ну, я-то не знаю, может, чтобы написать письмо или что-нибудь такое…
— Но на столе же не было письменных принадлежностей, — сказала Хелен. — Как и принадлежностей для шитья или маникюра.
— Ага, ясно, — кивнул Лео.
— Возможно, она читала, — вполне резонно предположила Лувейн.
— Для чтения не садятся к столу, — возразила мисс Трапп, — и ее книги к тому же лежали на туалетном столике. А потом, она ведь пришла, чтобы полежать, и именно я ее отправила…
— Наверное, она уже полежала. В конце концов, она провела у себя в комнате два с половиной часа до того, как мы обнаружили ее труп. Полежав, она могла встать и сесть за стол.
— Я снова спрашиваю: зачем? — Кокрилл был настойчив.
— Может, чтобы поговорить с убийцей?
— А ему сесть не предложила? Вряд ли. Она бы беседовала с ним стоя: больше в комнате сесть не на что.
— Тогда это подтвердило бы мою идею о том, что ее убил кто-то из персонала, — энергично вступила в обсуждение мисс Трапп, но ее предположение уже никто всерьез не рассматривал.
— Тогда что же лежало на столе? — спросил Кокрилл.
— Вы же сами сказали нам, что на нем ничего не было, — возразил Лео, потом вспомнил: — Ах да! Вы же сказали, что там был продолговатый участок, не закапанный кровью.
— Как папоротник в гербарии, — вставила Лули. Ее смущал все более мрачневший взгляд Лео. — Нет-нет, я не глупости говорю. Разве вы не помните: когда мы были детьми, то частенько клали всякие предметы на чистый лист бумаги и расческой разбрызгивали чернила? Здорово было. Потом поднимали то, что клали сверху, и бумага оказывалась забрызганной по краям, вся в веснушках.
Последовало небольшое препирательство между теми, кто никогда в жизни о таком развлечении не слышал, и теми, кто скрашивал свои ученические годы в дождливые дни баловством с чернилами и расческой. Инспектор Кокрилл по-прежнему покуривал тонкую сигаретку. Он полагал своим долгом в таких сложных, если не опасных, обстоятельствах, в которых они очутились, рассказать своим попутчикам обо всех фактах. Если они не потрудятся учесть эти данные, то это не его забота.
Мисс Баркер тем не менее уже научилась не терять нить разговора. Она поспешно вернулась из области воспоминаний к теме обсуждения.
