Лули Баркер прыгнула в воду и взвизгнула, мистер Сесил тоже прыгнул и взвизгнул, мисс Трапп в трикотажном купальном костюме до колена поболтала пальчиками ног в воде и пронзительно вскрикнула. Фернандо покачивался на волнах, как дельфин, сверкая загорелым мускулистым телом, чета Роддов, держась бок о бок, отплыла от остальных немного дальше: Хелен двигалась, как всегда, спокойно и изящно, Лео — мощными гребками с выносом руки, которые он изобрел для себя после операции. А Ванда Лейн… Ванда Лейн внезапно показала себя во всей красе: переливаясь черно-синим, как ласточка, в плотно облегающем сатиновом купальнике и в шапочке, она спокойно поднялась на трамплин и прыгнула — быстро, грациозно и необыкновенно красиво, как сама ласточка в полете, поплавала немного, — а потом так же спокойно вернулась на берег.
Затем путешествующие в очередной раз забрались в автобус и направились в Сиену. Мисс Трапп, слегка смущенная вчерашними ухаживаниями этого весьма грубоватого Фернандо, сидела на своем почетном месте прямо за ним. Лео Родд с женой время от времени дремали; Лео, как всегда, был всем недоволен, а Хелен по-обычному элегантна и спокойна; изредка она безразлично поглядывала на дорогу сквозь такие же большие и круглые очки с желтыми стеклами, как у Фернандо. За ними Ванда Лейн размечталась о грядущем счастье: Лео Родд похвалил ее за великолепное мастерство и попросил помочь ему придумать какой-нибудь способ ныряния, подходящий для однорукого. В конце автобуса сидел погруженный в мрачные мысли инспектор Кокрилл, а Сесил и Лули хихикали над путаницей слов в путеводителе: он был назван «Европа, описанная туристами, и как делать это с удовольствием».
Сидевший рядом с водителем Фернандо достал свой микрофон и заговорил:
— Дамы и господа, сейчас ненадолго останавливаемся в Пизе, мигом выходим посмотреть на «Падающую башню», а потом едем в чудесную Сиену! Три дня, дамы и господа, мы проведем в Сиене, осмотрим все ее окрестности… А потом — на замечательный остров Сан-Хуан эль Пирата, который называют Храмом на море. Итак, дамы и господа, вперед — к Пизе, вперед — к Сиене, вперед — к Сан-Хуан эль Пирата…
Вперед, дамы и господа, — к Убийству.
Выбор мистером Фернандо «первоклассных отелей», вне сомнения, не был предписан его турагентством и варьировал между гостиницами «люкс» и третьесортными пансионатами. Если в Рапалло туристам посчастливилось переночевать в роскошном отеле, то в Сиене пришлось пробыть три ночи в гостинице самого низкого уровня. Костлявая вдова особенно из-за этого страдала, и попутчики по «иль группе», как именовал своих подопечных Фернандо, прозвали ее миссис «Стон». Две застенчивые учительницы даже попытались набраться мужества, чтобы отказаться от путешествия и попросить обратно уплаченные деньги, но так и не решились. Миссис «Тошни» на ужин с жадностью поглотила массу непривычных блюд и на всю ночь оккупировала единственную «ритирату», к неудовольствию и неудобству остальных леди и джентльменов.
Сама же Сиена была захватывающе красива, особенно в сумерках летнего итальянского вечера, и, по ходу чудесных дней отдыха, даже племянница «Хмуроу» стала расспрашивать тетку о ее познаниях о романтике и романтизме. Мисс Трапп трепетала, прижавшись к плечу Фернандо, когда он галантно сопровождал ее на экскурсиях или когда они тихо шли вслед за остальными по узким улочкам города.
На третий вечер туристы совершили прощальный визит к кафедральному собору Сиены.
— Вы не часто бываете за границей, мисс Трапп? — спросил Фернандо.
Мисс Трапп ответила, что не была за границей… целую вечность, после войны точно не была. Сокращение обмена валюты сделало поездки невыгодными. А потом… «В моем возрасте люди, как правило, не любят путешествовать сами по себе».
— Конечно-конечно, люди могут воспользоваться вашей молодостью и неопытностью, — вежливо заметил Фернандо. За три дня он уже понял, что она не глупа, и потому сказал это с улыбкой и подзадоривающим кивком.
Ей так хотелось быть естественной и изящной, принять этот глупый комплимент так, как он того заслуживал, разыграть маленькую интрижку, как подобает настоящей светской львице. Но вместо этого по ее бледному лицу расползлось алое пятно, и она поспешно, не по-светски ответила, что совсем не это имела в виду: ей просто не нравится путешествовать одной.
— Но ведь у вас столько друзей!
— Вовсе нет, — насупилась мисс Трапп.
— A-а, да-да, верно. У богатых не бывает много друзей. Я думаю, мисс Трапп, богатым трудно распознать, кто им настоящий друг, а кто нет?
