Смотрящая в окно полностью

– Полиция тоже скоро будет здесь. Так что, Тем, все кончено. Остановись.

– Ты врешь, – спокойно отрезал Артем, наконец придя в себя. – С тобой, очевидно, нет даже твоего телохранителя, а полиция, насколько мне известно, слишком занята псевдо-взрывом в башне гостиницы. Так что зря ты сюда пришел, Влад. Мог бы еще жить и жить. Я ведь предупреждал тебя: во второй раз щадить не стану.

– Во второй? Разве это не третий? – удивился Влад, пытаясь потянуть время. – А как же кладбище, где ты бросил меня замерзать, но все же оставил шанс выжить?

– Это был не я. Это была инициатива Олега и Татьяны. Они не рискнули убить тебя, но то ли пытались запугать, то ли просто надеялись, что ты не сможешь выбраться и это спишут на несчастный случай. Я бы не стал обрекать на такую долгую и неприятную смерть брата.

– Как же ты до такого дошел, Тем? – в голосе Влада прорезалась горечь, когда память на мгновения вернула его в детство. – Ты ведь был другим. Да, ты всегда стремился стать лучшим, первым, но не так… Ты был моим кумиром, моим героем… Я обожал тебя даже больше, чем отца.

– Пока не появилась Кристина, – едко ответил Артем, но в этой едкости Владу тоже почудилось эхо горечи, старой обиды.

– Это же совсем другое. Для Тины я был старшим. А ты стал уже совсем взрослым, до тебя было не дотянуться. Но я любил тебя. И Анна тебя любила, и отец. И Кристина тоже любила бы, если бы ты хоть немного ей позволил.

– Меня никто и никогда не любил, – зло процедил Артем. – Ты проецируешь на меня то, что чувствовал сам. Это тебя все любили и жалели. Конечно, бедный Владик, сиротка практически с рождения. Ведь все знали, что она умрет. Умрет, если родит тебя. И она выбрала смерть, хотя у нее уже был я. И я был к ней по-настоящему привязан. Но она предпочла бросить меня, чтобы родить тебя. Она умерла, чтобы ты жил. И я слышал, как взрослые шептались на ее похоронах: «Мать не могла поступить иначе». И мне было смешно. Смешно и гадко слышать это, потому что моя мать бросила меня ради мужика с красивым домом и деньгами. А отец даже смотреть на меня долгое время не мог, потому что видел во мне ее и каждый раз вспоминал это предательство. Так что не надо рассказывать, кто и как меня любил.

– Так дело в этом? Это месть обиженного ребенка? Все эти люди умерли, потому что твоя мать сбежала с любовником? Или потому что моя не стала прерывать беременность? Артем, тебе уже за сорок! Давно пора перерасти это.

– Мне все равно, что ты думаешь…

– Неважно, что думаю я. Задумайся сам. Дело не в том, кто тебя любил, а кто нет. И даже не во власти и богатстве, которые ты так жаждешь. В глубине души ты знаешь, что этот ритуал тоже кончится ничем, потому что все это просто глупость! Тебе нравится убивать – вот в чем дело. Тебе нужна помощь, профессиональная помощь, Артем. Иначе ты будешь проводить эти ритуалы снова и снова. И это никогда не закончится, потому что тебе нужна не власть. Тебе нужен кайф, который ты испытываешь в процессе. Кайф, который тебе не смогли дать ни бизнес, ни деньги, ни женщины…

– Заткнись! – заорал Артем. – Хватит этой душеспасительной чуши! Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? Ты просто тянешь время, но это бесполезно. В этот раз у меня очень широкое окно. Но все равно пора заканчивать.

Артем сделал шаг в его сторону, и в ту же секунду Влад увидел, как в пентаграмме появилось очертание лежащей на полу девушки. Это могла быть только Юля, но почему она вдруг наполнилась светом, он не знал.

– Тогда самое время уравнять ваши шансы, – заявила Юля, но в ее голосе Владу почудились совершенно незнакомые интонации.

Следом кожи коснулось легкое дуновение ветра, а носа – запах погасших свечей.

Фигура Артема едва заметно заметалась, словно что-то снова сбило его с толку, и Влад понял, что произошло: в помещении стало темно. Теперь они находились на его территории, где у Влада было достаточно преимуществ. И он бесшумно шагнул в сторону, прежде чем кинуться на брата, чтобы воспользоваться ими в полной мере.

17 марта 2017 года, 19.25

Появление Влада вызвало такой всплеск адреналина в крови, что Юля наконец полностью вырвалась из мутной сонливости. Конечно, на самом деле она не знала, что он придет, а потому успела мысленно попрощаться с жизнью, но его появление заставило поверить в возможность чудесного спасения. Ведь такое уже случалось несколько раз, почему не может произойти снова? Смущало только, что Влад один, но раз он пришел, значит, у него есть план.

От холода немело тело, и Юля не сомневалась, что для нее все закончится как минимум простудой, а то и бронхита не избежать, но это все же было лучше, чем перерезанное горло. Однако холод играл против нее: если сначала он бодрил, то теперь лишал сил. Стоило адреналину схлынуть, как она снова отключилась.

Но, должно быть, ненадолго, потому что, когда она снова пришла в себя, изменилось не так много. В помещении стало очень темно, запахло тлеющими фитилями свечей, рядом слышались звуки борьбы, а она не успела замерзнуть до смерти.