Рек взглянул на Страффорда и подмигнул.
– Нет ничего такого, чего не знал бы Мэтти, – сказал он. – Не так ли, Мэтти? Надо бы назначить тебя городским глашатаем.
Мэтти пропустил это саркастическое замечание мимо ушей.
– Да, – продолжал он, – увезли на карете скорой помощи. – Он шмыгнул носом. – Похоже, чего-то ему тут, внизу, не хватало…
Миссис Рек нырнула обратно под сводчатый проход, вытирая руки о фартук.
– Мэтти Моран, – сказала она, – вставь себе уже зубы, ради всего святого! Смотреть на тебя просто сил нет. Знаешь, на что твой рот без них похож? На куриную жопку!
Страффорд услышал со стороны, как заказывает ещё виски. Он знал, что утром пожалеет об этом, но его это не волновало. На этот раз он даже отказался от лимонада.
Мэтти достал из кармана набор жёлто-розовых зубных протезов и вставил их в рот. Особых изменений в его внешний вид они не внесли.
Джеремия Рек принялся наливать Страффорду, но тут дверь открылась и ворвался поток снега, а следом за ним появился невысокий проворный мужчина в овчинном тулупе, блестящих чёрных перчатках и мягкой фетровой шляпе-трильби, низко надвинутой на один глаз. Все обернулись и уставились на него, но он не обратил на их взгляды никакого внимания. Снял перчатки палец за пальцем и отряхнул поля шляпы от налипших хлопьев снега.
– Ну и ночка! – выдохнул он.
Остановился у стойки и расстегнул тулуп. Под ним оказался двубортный костюм, который, по мнению Страффорда, был излишне хорошо скроен, и полковой галстук с жемчужной булавкой. Мужчине уже исполнилось чуть за сорок, но он явно воображал, будто выглядит намного моложе. Возможно, он был солдатом, или вернувшимся на родину колонистом, или и тем и другим. На скептический взгляд Страффорда, на сцену вышел ещё один актёр. Причём играющий столь же неубедительно.
– Чёрт бы побрал эту погоду! – воскликнул он и ухмыльнулся, обнажив мелкие белые зубы, блеск которых усилил общее впечатление беззлобной и шутливой жуликоватости. – Добрый вечер, Рек.
– Добрый вечер, мистер Харбисон. Что на этот раз?
Жена Река взглянула на вновь прибывшего и нырнула обратно под свод.
– Думаю, горячего виски, – сказал Харбисон, энергично потирая руки. – «Бушмилс» с долькой лимона и щедрой горстью гвоздики.
Теперь он заметил Страффорда, стоящего у другого конца стойки и теребящего в руках свой стакан виски, и дружественно кивнул ему.
Это, надо полагать, подумал Страффорд, брат миссис Осборн, тот самый Фредди Харбисон, за которого доктор Хафнер принял его утром, – тот самый, которому, если верить доктору, запретили посещать Баллигласс-хаус. И правда, всё с головы до пят выдавало в нём паршивую овцу.
Теперь тот внимательнее приглядывался к Страффорду, живо отмечая отличительные знаки своего племени – хороший, но потёртый костюм, золотую цепочку от часов, галстук с узким узлом. Как же легко определить подобного себе, мрачно подумал инспектор. Несмотря на все различия, они оба принадлежали к одному и тому же совершенно обособленному классу.
Рек поставил на стойку горячий пунш, и Харбисон проглотил добрую половину за один присест.
– Ух, ровно то, что надо, – заявил он, встряхнувшись по-собачьи в своём просторном тулупе.
Осушил остаток напитка тремя быстрыми глотками и со звоном поставил стакан на место.
– Ещё разок того же самого, хозяин! – потребовал он, вновь потирая руки. – В такую ночку не стоит жалеть антифриза.
Он ещё раз взглянул на Страффорда и двинулся вдоль стойки, пройдя мимо Мэтти Морана, словно мимо пустого места.
– Не возражаете, если я подсяду? – обратился он к инспектору. – Я догадываюсь, кто вы такой. – Он указал на стакан Страффорда. – Осилите ещё?
– Нет, спасибо, – сказал Страффорд, катая донышко стакана по стойке. – Это последняя рюмочка на сон грядущий.
Два фермера у окна перешёптывались и поглядывали в сторону Харбисона. Один из них усмехнулся. На них Харбисон обращал не больше внимания, чем на Мэтти Морана или кого-либо ещё в баре, за исключением детектива.
Рек принёс ему вторую порцию, и он чокнулся стаканом с краем стакана Страффорда.
– Как я догадываюсь, вы, по всей вероятности, тот самый детектив, – сказал он. – Слышал я о кончине нашего патера. Наделала большой переполох, по всему графству только и разговоров, что об этом. – Он сделал глоток. Все присутствующие переглянулись. – Насколько я слышал, его убили, – произнёс Харбисон намеренно громко. – Что ж, рано или поздно это обязательно должно было случиться. Допрыгался козлик… Убийцу-то вы уже поймали, да?
