Меня передернуло от странной мысли. Я подумал, что судьба решила надо мной поиздеваться. И я бы с удовольствием посмеялся над её шуткой, но смеяться совсем не хотелось. Хотелось просто сидеть, пить пиво и ничего не чувствовать. Вокруг были люди, которые никогда не посмотрят на меня осуждающе. Среди них были натуралы, бисексуалы, гомосексуалисты. Какая к чёрту разница?! Им было плевать на ориентацию других. Казалось бы, что может быть проще? Живи и дай жить другим. Но за пределами этого клуба всё было по-другому. Даже в Москве. Даже в Нью-Йорке. Где угодно. Предрассудки. Устои. От них не дадут отмахнуться. Всегда найдутся слишком правильные люди. Ортодоксальные гомофобы, дрожащие за чистоту нации. Ничего не даётся просто так. Тем более свобода.
Я допил пиво. Заказал ещё. В клубе становилось тесно. Я посмотрел на часы. Половина второго. Теперь понятно. Клубный час-пик.
- Который час?
Это снова был он. Сначала толкнул, потом сидел рядом полчаса, попивая водку с апельсиновым соком, не замечая никого вокруг. Теперь вдруг заинтересовался временем.
- Полвторого, - ответил я. - Спать пора.
Не знаю, зачем я начал нести эту чепуху про сон. Но язык не
слушался.
- Кому как, - сказал он и указал на мою почти пустую кружку. - Еще будешь?
- Буду. - Я пожал плечами и сделал знак бармену. Он подошел, готовый
принять очередной заказ. - Мне виски, а ему... - я вопросительно посмотрел на
соседа. Он договорил за меня: - Водки. Без сока.
Через час мы раздевались у меня дома. Он был немного меньше меня, хотя почти такой же мускулистый. Я невольно сравнивал его с Лёхой. Красивое
загорелое тело, только не такое мощное.
Полупьяные, в одних брюках мы повалились на неразобранную кровать.
Поцелуи, тяжёлое дыхание, руки, скользящие по мускулистым телам, скрип расстёгиваемых молний. И снова поцелуи.
Он сполз вниз, исследуя губами мою грудь, живот, освободил напряженный член, обхватил его, нажимая большим пальцем на головку. Я почувствовал лёгкое давление и откинул голову назад. Некоторое время он просто дрочил мне, иногда касаясь головки языком. Я сжимал зубы, давясь восторженным сипением.
- Ты хочешь, чтобы я взял его в рот?
Бл$дь! Он еще и разговорчивый!
- Так хочешь?
- Да! Хочу.
Будто это и так не понятно?! С Лёхой не приходилось отвечать на нелепые
вопросы...
Наконец, мой член очутился в его рту. Возбуждение стало вязким, словно
мёд. Оно растекалось по телу, обволакивая его. Его рука сжимала мою поясницу, приподнимая и лаская ягодицы. Я метался на покрывале, иногда накрывая голову парня руками.
Он почувствовал, что я готов кончить, вынул член изо рта и завершил дело руками. Cлизал сперму с живота и груди. Потом аккуратно снял с меня
джинсы и трусы, разделся сам и лёг рядом, подперев голову рукой.
- Хочешь, я тебя трахну? - Он сделал паузу. - Или наоборот. Правда, сейчас это у тебя вряд ли получится.
Ну зачем говорить в такие моменты?!
- Давай второй вариант, - ответил я, тяжело дыша. - Подождешь десять минут?
От вида его крепкого тела возбуждение возвращалось с аномальной скоростью. Это было похоже на дешевый порнофильм, где эрекция была у всех и всегда, кто бы и сколько не кончал.
Естественно, он подождал.
Кончая, я вжался лицом в его спину. Открыл рот, чтобы втянуть воздуха.
Зубы царапали кожу между лопаток. Я чувствовал её солоноватый привкус и
последним рывком входил в податливое тело.
Ночью он прижался к моей спине, обняв за талию и закинув бедро на мои
ноги. Теплое дыхание щекотало шею, сухая ладонь покоилась на животе. В
полудреме я, кажется, представил, что сплю с совсем другим человеком. Он не
отпускал меня даже на расстоянии в сотню километров. Я сильнее вжался спиной в рельефную грудь, обхватил его руку своей и уснул.
Утренняя прохлада забралась под одеяло, дразня обнаженную спину, заставила поежиться. Я натянул одеяло повыше и открыл
глаза. Он сидел на краю кровати. Смуглая спина блестела в слабом, словно просеянном через сито свете. Он натянул трусы и абсолютно бесшумно вышел из комнаты. Я залюбовался его грациозной походкой.
В мужском теле есть какая-то таинственная красота, особенно если несколько часов назад это тело полностью принадлежало тебе. Сломленная гордость заживает уже к утру, мужественная независимость снова наполняет тело недавнего покорного любовника. В этих метаморфозах - сладость обладания другим мужчиной. Быть сильным с становится слабым по доброй воле - только чтобы доставить удовольствие. И получить удовольствие самому.
Через двадцать минут из кухни начал распространятся запах кофе. Потом в ванной зашумела вода. От одной мысли, что я не один, что кто-то сейчас
стоит под моим душем, пользуется моим гелем, сделалось тепло и уютно.
Еще через пятнадцать минут он вошел в спальню с дымящейся кружкой в руках.
- Доброе утро, - Он сел на край кровати и протянул мне кофе. - Я, наверное, пойду.
- Спасибо, - сказал я, принимая горячую кружку из его рук.
- Тебе тоже, - ответил он и тепло улыбнулся.
Я улыбнулся в ответ. Пусть этот парень и любит поболтать во время секса, но после него он, кажется, становится вполне нормальным.
