– Правильно, куманёк! Кием его, кием!
– Эх, пропали мы! – в один голос воскликнули Ушастик и Толстяк.
В это время сам по себе зашевелился снег как раз между Снеговиком и Волком, а потом из-под снега высунулась вдруг голова медведя.
И сразу же получила кием по голове.
И весьма чувствительно.
Впрочем, на этом ударе мы и закончим главу четвёртую, ибо Медведь или дядя Миша, как чаще всего называют его наши зайчата, всегда являлся для них не только хорошим приятелем, но и надёжным защитником. Так что я даже уверен, что в следующей главе всё у зайчат хорошо будет.
– Ого! – испуганно тявкнул Волк, увидев, что наделал. – Ого-го!
Отбросив кий в сторону, он попробовал спрятаться за Лису, которая и сама была бы не прочь за кого-нибудь спрятаться.
– Кто мне спать мешает?! – взревел грозно Медведь, потирая лапой лоб. – И кто это мне только что так больно по лбу заехал? Ты, Волчара?!
– Ага-га! – тявкнул тоненько Волк, одновременно с этим стараясь втоптать в снег злополучный кий. Тут он понял, что сказанул не совсем то, что хотел, а точнее, и совсем даже не то. – Не-га-га! Не-го-го! Не-гу-гу! – испуганно завопил он.
Как видите, от страха Волк даже частицу «не» выучить смог.
– А ты что это, рыжая притворщица, лапы за спиной прячешь? – так же грозно рыкнул Медведь, обращаясь уже к Лисе. – А ну, показывай, что у тебя там?! Дубинка, которой ты меня только что по лбу огрела?
– Да что ты такое говоришь, Михаил Потапович! – льстиво и, одновременно, испуганно забормотала Лиса. – Какая дубинка… нет там у меня ничего! А лапы за спиной… так у меня просто привычка такая…
– Привычка, говоришь?
– Дядя Миша! Дядя Миша! – обрадовано закричали зайчата, с обеих сторон высовываясь из-за спины Лисы. – Спаси нас, дядя Миша!
– Что?! – разгневанно взревел Медведь, высовываясь из-под снега почти наполовину. – Ты опять, рыжая обманщица, моих маленьких друзей обижать вздумала?!
– Ну, что ты, Михаил Потапович, что ты! – заюлила Лиса, тщетно пытаясь вновь запихнуть зайчат за спину. – Да как только ты мог подумать обо мне такое! Это же игра просто… играем мы с зайчатами в игры разные интересные. Вот, к примеру, в убегалки-догонялки! Они от меня, как бы, убегают, а я их, как бы, догоняю! Догоняю… отпускаю… догоняю… отпускаю…
– А ну, отпускай сейчас же зайчат, рыжая обманщица! – тоном, не предвещающим ничего хорошего, рыкнул Медведь. – А не то весь вылезу!
– Не надо!
С большой неохотой, но Лиса всё же выпустила зайчат из своих цепких лап.
– Идите, мои славненькие! – сквозь зубы процедила она при этом. – Идите, мои вкусненькие!
И, не сдержавшись, добавила:
– Идите, идите! Всё равно я вас поймаю когда-нибудь!
– Ага-га! – подтвердил Волк, помахивая облезлым своим хвостом.
– Что?! – вновь взревел Медведь. – Да я ж вас сейчас…
И полез из берлоги. Или, скорее, просто вид сделал, что полез…
Но хватила и вида.
– Ого-го! – пробормотал Волк и бросился наутёк. Да так, что только снег меж елей заклубился.
– А тебе, рыжая, особое приглашение требуется?! – обратился Медведь к Лисе. – А ну, бегом марш, пока я окончательно из себя не вышел! Точнее, пока весь из берлоги не вылез! Всё поняла?!
– Ага-га! – только и смогла выдавить из себя Лиса, улепётывая вслед за Волком.
– Бегите, бегите! – крикнул им вслед насмешливо Ушастик. – И торопитесь, пока я вам хвосты на узел не завязал! Точнее, на три узла!
Таким вот образом добро победило зло… и зайчата тотчас же принялись радостно смеяться и бегать друг за другом вокруг Медведя, точнее, вокруг своего любимого дяди Миши. А тот со снисходительной усмешкой наблюдал за их весёлой толчеёй.
– Ну, всё, зайчата, хватит! – зевая, проговорил Медведь. – Я, это… спать очень хочу…
– Последние известия! Самые последние известия! – затрещала сверху Сорока. – Зайчата вызволены из плена! Снеговик исправил свою ошибку! Слава Снеговику!
– Слава Снеговику! – дружно подхватили зайчата. – Ура, Снеговику!
– Кому, кому? – удивился Медведь.
– Понимаешь, дядя Миша, – начал объяснять Медведю Толстяк, – этот Снеговик… он сначала очень нехорошо с нами поступил…
– По предательски, даже! – перебил Толстяка Ушастик. – Мы к нему по-дружески, а но…
– Но это потому только, что Лиса каким-то образом смогла его обмануть, – теперь уже Толстяк перебил Ушастика. – И как только Снеговик во всём правильно разобрался, он тотчас же в погоню за Лисой бросился, чтобы нас спасти! Он и Волка не испугался… посмотрел бы ты, дядя Миша, как храбро он с Волком сражался! И умело!
– А как храбро и умело я свой репортаж вела! – не выдержав долгого молчания, вновь застрекотала Сорока. – Главное: объективно у меня это получилось! Что, скажете, не объективно?
– И что толку нам от твоей объективности! – отмахнулся от Сороки Ушастик. – Ну, абсолютно никакого толку! Вот съела бы нас Лиса, а ты б и об этом сверху репортаж вела: посмотрите, как вкусно Лиса зайчатами закусывает!
– Да за кого вы меня принимаете? – возмутилась Сорока.
– За сплетницу лесную, за кого же ещё! – засмеялся Ушастик.
