— Но я-то жил не в Арде! — выпалил Босфорца, впрочем, сразу же взяв себя в руки. — К тому же, даже оставаясь беглецом, мой отец не стал просто отсиживаться. Он искал семьи, которые не хотели, чтобы их дети, наделённые благодатью, стали псами империи. Ты же знаешь, что в Ромее каждый маг, независимо от пола и происхождения, несёт пожизненную воинскую повинность?
— Да, знаю, — мужчина кивнул. — Но зачем это было нужно твоему отцу?
— Кто знает, — Таис пожал плечами. — Злые языки говорят, что Штеф Кревца собирал собственную армию, дабы свергнуть императора, я же, в свете нынешних событий, склонен считать, что отец подозревал в чём-то церковь и поэтому пытался создать духовный оплот, который смог бы ей противостоять. Как-то так.
— И что же случилось дальше? — не то чтобы с нетерпением, но всё же поторопил замолчавшего супруга Роксан.
— Родился я, лишённый даже зерна магии, а после отец просто не вернулся с очередной вылазки. Его предали. Те, кто был с ним, сказали, что это была засада. Люди императора ждали отца и убили его прямо на месте. Мы с мамой остались вдвоём, правда, ненадолго. Уже через пару лет умер и тогдашний император, а Валентиниал амнистировал семью Кревца и забрал нас с матерью во дворец.
— Чтобы ты стал его преемником.
— Да, именно, — с нескрываемой злостью отчеканил Таис. — Я стал преемником императора, но клеймо сына предателя никуда не исчезло. Все аристократы пытались услужить мне, завоевать моё расположение, войти в круг моих приближённых, но при этом презирали меня, за глаза называя сыном шлюхи и предателя. Подобное омрачало действующего императора, но у него не было выбора ввиду того, что императрица-мать на тот момент так и не родила ему сына.
— Но после она родила, и ты стал ненужным. Поэтому, — Роксан обнял супруга со спины, — ты так упорствуешь? Пытаешься доказать, что ты нужен своему государству, даже если больше не Багрянородный?
— Не в этом дело, — устало качнул головой Босфорца, интуитивно прильнув к крепкой груди супруга. — Сперва я возненавидел Максимилиана, считая, что тот взял нас с матерью из жалости, по приказу, из-под палки, чтобы следить за предателями. Иногда, правда, проникался к нему жалостью, понимая, что не так уж и легко строить примерную супружескую жизнь с женщиной, к которой ничего не испытываешь, и растить чужого ребёнка. А потом мой мир перевернулся.
— Это когда? — не без любопытства спросил Роксан, склоняясь над лицом мужа, положившего голову ему на плечо.
— Когда узнал, насколько густая тьма правды скрывается за светлым обликом братьев Босфорца.
========== Часть 8. ==========
— Пусть Босфорца и носят всего лишь графский титул, но члены этой семьи всегда были вхожи в круг приближённых императора. Об этом предпочитают даже не вспоминать, но свой род Босфорца ведут от простолюдина, которому за его заслуги перед родиной император пожаловал титул, имение, земли и должность при дворце. Должность Архимага.
Таис украдкой взглянул на мужа. Внутри семей ромейских аристократов есть тайны, которые хранятся лишь главами и неизвестны ни их жёнам, ни младшим детям, ни каким-либо другим родичам. Таис же вообще не был Босфорца, и пусть таким способом, поведав ему о скелетах в родовом шкафу, Максимилиан сделал его своим преданным псом, знание было всяко лучше неведения. К тому же кто знает, как бы сложилась его жизнь, если бы он, отвергнув наследие Босфорца, не пошёл по стопам отчима.
— Значит, и у Босфорца магическое наследие, — не без разочарования констатировал сидящий напротив мужа Роксан. Не то что бы тай ненавидел, презирал или же опасался магов, просто ему, как воину, меч был ближе, а вот магия оставалась тем таинством, которое мужчина совершенно не понимал.
— Но я то не маг, — как бы между прочим подметил Босфорца.
— Жалеешь? — скорее из личных мотивов спросил Роксан.
— Немного, — слегка волнуясь, Таис взлохматил заметно отросшие влажные волосы. — Мне кажется, что магия была бы под стать такому, как я.
— Так что там с Босфорца? — спустя несколько минут затянувшегося, гнетущего и явно сводящего на нет столь важный разговор молчания спросил Роксан.
— Магия постепенно исчезает из нашего мира, — тряхнув головой, словно сбрасывая магическое наваждение, ответил Таис. — Простому люду нет до этого дела: у них другие заботы, желания и ценности, а вот аристократы сильно обеспокоены тем, что благодать Творца всё реже снисходит на их именитые дома. По сути, сейчас от простолюдинов их отличает только титул, власть и, как они говорят, «голубая кровь», однако того, важного и исключительного, не мирского, что бы наглядно выделяло их в высшую касту, больше нет. Именно поэтому рождение в семье Босфорца ребёнка с сильным магическим даром было растолковано как предзнаменование расцвета и величия.
— Я так понимаю, что сейчас ты говоришь не о своём отчиме.
— Да, — Таис утвердительно кивнул. — Речь идёт о старшем из братьев Босфорца — Адриане, на данный момент Верховном кардинале империи.
— Сдаётся мне, что тёмная это история, — нахмурившись, констатировал Роксан. — Уверен, что хочешь мне её рассказать?
