Оборачиваюсь к ней и заглядываю в испещренное глубокими морщинами лицо. Бабуля пожимает плечами, с трудом удерживаясь от порыва заулыбаться. Вижу, как она крепится, чтобы не выдать себя. Но разве можно такое утаить в секрете?
– Ты помнишь, где я работала. Ты знаешь, где работает он. Не говори, что все это случайно.
– Почти случайно, – поправляет бабуля, но не спорит.
– Зачем? Это же так нелепо!
Да, точно нелепо. Вот Босс Боссыч узнает, так вовсе расстроится. Меня, конечно же, никуда обратно не возьмут, ему никто акций не отдаст. А весь праздник по итогу полетит коту под хвост.
– Ох, Оль, – выдыхает она, беря паузу, – хотели как лучше.
– И решили нас свести?
– Нет, не свести, – возражает она, – но познакомить поближе. Он холост, ты не замужем, так что ничего криминального мы с Петей не сделали.
– Вы хотели нас свести, – спорю я, понимая, что интуиция-то не подвела. Чуяла ведь моя пятая точка, упорно сигнализировала.
– Помирить мы вас хотели. Чтобы ты не обижалась на Андрея. Он же не виноват, что так вышло.
– То есть ты все знаешь.
Бабуля кивает, добавляя, что дядя Петя ей все рассказал.
– И про акции он тоже придумал? Чтобы его оставить в деревне? Он же после этого возненавидит нас всех. Хотя мне плевать, а вот дядя Петя… Ох, бабуль, о чём вы думали?!
Она молчит, пожимая плечами. Я закатываю глаза, мысленно ругаясь.
– И мне теперь исправлять. Сводники!
– Но он же сам согласился, – парирует бабуля, но мне уже не хочется продолжать.
Нужно сказать бывшему боссу, что он так и останется со своей участью говорящей головешки, которой управляют, не позволяя самостоятельно принимать решения. Эх, бедный «ЮниоТрейд», а ведь компания хорошая, перспективная. Была.
Я подскакиваю с места, поправив вязаный свитер, который собрался на животе.
– Оль, ты куда?
– Фейерверки смотреть, – говорю перед тем, как выйти из комнаты.
Снежинки падают на раскрытую ладонь. Где-то вдалеке гремят фейерверки. Я не кручу головой, не ищу всплески искр в небе. Мои мысли сосредоточены на ладони. Там, где тают снежинки.
Бабуля и дядя Петя наворотили дел и с этим не поспоришь. Испытываю раздражение, которое тщательно стараюсь одолеть и не портить праздник окончательно. А ведь напряжение скопилось, клубится темным дымом под оболочкой. Так и хочется открыть рот и выкрикнуть что-нибудь едкое, лишь бы расправиться со злостью и двигаться дальше. Наверное, я зря приехала сюда, хотя искала в родных стенах утешение. Теперь только хуже. И ведь еще придется прикрывать бабулю и дядю Петю от гнева босса. Тот явно не оценит стариковских шуточек.
– Свести нас захотели, – обреченно повторяю и опускаю руку, жмурясь. Как же нелепо звучит. – Он и я? Ха, да ни за что на свете!
Вновь слышатся хлопки фейерверков. И что-то еще. Открываю глаза и ищу в темноте того, кто эти самые звуки издает. Под чьими-то ногами хрустит подмерзшая корка снега.
– Привет, – до меня доносится голос босса.
– Привет, – произношу почти уверенно, но руки, замерзшие от снега, прячу в карманах. – Ты чего тут забыл?
Слышу хмыканье.
– Да вот, пришел отдать кое-что, – произносит босс и, встав напротив меня, протягивает коробку. Маленькую, с милой ленточкой.
Я удивленно смотрю на его ладонь, не веря глазам.
– Это что?
– Подарок.
– Какой подарок?
– Тот самый, который ты просила.
– Я ничего не просила.
– Уверена?
Вместо ответа киваю и, вынув из карманов ладони, тянусь к коробочке. Знаю, надо бы отказаться, извиниться за стариков и уйти обратно в дом, но что-то держит меня здесь и заставляет смотреть на ленточку.
– Ну же, бери.
– Не могу, – качаю головой и прячу руки.
– Да что ж такое-то! – ворчит босс, перехватывает мою ладонь, все еще ледяную после снега и сует коробочку. – Бери и не возмущайся. Знаю, что не понравится, но при всем желании я ничего толкового в этом месте специально для тебя не куплю. А это так, небольшой презент, который был в сумке.
Я открываю рот как рыба, пучу глаза и киваю.
– У меня нет подарка.
– Лопата сойдет, – смеется он.
– Босс… – вырывается раньше, чем успеваю подумать.
– Оль, вроде бы договорились.
– Да как-то язык не поворачивается, Андрей Львович. И, кстати, насчет бабули и дяди Пети… – вроде бы уже прокрутила в голове пылкий монолог, а сейчас смотрю на подарок и слов не нахожу. И еще он смотрит на меня так, аж страшно становится. Вроде бы злиться я должна, этим и занималась как раз последние недели после сокращения, а теперь теряюсь. Мурашки бегут по коже. Кажется, будто снег проникает под одежду и морозит до костей.
– В общем, они…
Босс поднимает руку, давая мне знак «заткнуться» и что-то хочет сказать, но неба озаряет вспышка. Звучит специфическое «пшшш» и я оборачиваюсь, разглядывая фейерверк. Красно-золотые лучи раскрашивают черное полотно неба.
– Уже полночь? – слышу голос босса. – А точно, двенадцать. Ну что же, с Новым годом, Оля!
– С новым, – шепчу, поджав губу.
